Аннотация : Кэйтаро Судзуки — гений авторазбора, читающий биографию машины по звуку мотора. Его жизнь — это сделки, перегоны и циничный юмор. Всё рушится, когда он покупает безупречную Nissan Silvia, в багажнике которой лежит улика, связанная с пропавшим технологом пивоварни. Красивая машина оказывается контейнером для тайн могущественного наркокартеля. Вместе с чудаковатым электронщиком Дзюном и принципиальным инспектором Саэдзимой Кэй втягивается в смертельно опасную игру. Чтобы выжить и докопаться до правды, ему придётся использовать все свои навыки в самом важном перегоне — от аукционных обманов к кровавой правде большого бизнеса

     Книга «Стальной Навигатор»
    Глава 1: Звук правды
    Часть 1: Туман и металл
    Порт Хакотакэ просыпался в тумане. Не в том лёгком, поэтичном тумане, что стелется над рекой, а в густом, мокром и сером, как вата, пропитанная морской солью и мазутом. Он съедал контуры гигантских кранов, превращал корпуса судов в призрачные силуэты и оставлял на асфальте холодную, липкую плёнку. В такую погоду только два вида людей добровольно находились на открытых площадках аукциона подержанных автомобилей: отчаянные и те, кому некуда было деваться.

    Кэйтаро Судзуки, считавший себя представителем третьей, особой категории — профессионалов, — затянул капюшон спортивной кофты потуже. Его пальцы, шершавые от постоянного контакта с металлом, маслом и ржавчиной, нервно постукивали по бедру. Он медленно шёл между рядами машин, и его взгляд, острый и недоверчивый, скользил по линиям кузовов, выискивая ложь.

    Машины на аукционе «Ясиро» всегда лгали. Одни — крикливо, свежей краской, скрывающей вмятины. Другие — скромно, заниженным пробегом на одометре. Задача Кэя была в том, чтобы услышать правду под слоем вранья. И он был хорош в этом. Очень.

    Часть 2: Стеклышко с трещиной
    Его внимание привлекла серебристая Honda Civic, модель конца восьмидесятых. Со стороны — миловидная «бабушка», идеальный городской автомобильчик. Вокруг неё суетился полный мужчина в костюме, который явно ждал своего часа у дисконта.

    «Чистейший экземпляр! — голос продавца резал сырой воздух. — Восемьдесят тысяч от одной хозяйки-пенсионерки! Не бита, не крашена, как новенькая!»

    Кэй фыркнул себе под нос. Он подошёл, пока продавец завлекал молодого парня с горящими глазами — классическую жертву. Не говоря ни слова, Кэй сжал руку в кулак и костяшками среднего пальца легонько, но отчётливо простукал правое заднее крыло.

    Тук-тук-тук… тук-дыннь.

    Звук изменился. С лёгкого, звонкого, характерного для целого металла, на глухой, густой, будто стучишь не по железу, а по пластилину. Кэй закрыл глаза на секунду, представляя себе структуру под краской: ровный слой замазки толщиной в пару миллиметров, скрывающий давний удар.

    «Стеклышко, — сказал он громко, заставив продавца и покупателя вздрогнуть. — Только треснутое и склеенное.»

    Продавец обернулся, и его лицо исказила маска гнева. «Ты кто такой? Не слушай его, он конкурент!»

    Кэй игнорировал его. Он смотрел на молодого парня. «Видишь этот зазор между фарой и крылом? — Его палец указал на едва заметную, но неравномерную щель. — Его не выправить. Геометрия кузова убита. Бабушка твоя, видимо, в молодости на мотоциклах гоняла.»

    Парень покраснел и отступил от машины. Продавец взорвался потоком брани, но Кэй уже уходил, засунув руки в карманы. Его работа здесь была сделана. Он не конкурент. Он — патологоанатом авторынка, вскрывающий трупы автомобилей, чтобы живые не наступили на те же грабли.

    Часть 3: Единственный честный голос
    Он подошёл к своему автомобилю — серому Toyota Mark II девяностых годов. Не красавец, не спортсмен. Надёжный, как молоток, и неприметный, как асфальт. Владельца такого автомобиля никогда не остановят для проверки просто так. Он провёл ладонью по холодному капоту, отогнав капли влаги, и сел внутрь.

    Салон пахло старым кожзамом, кофе и машинным маслом — его родной запах. Кэй вставил ключ, повернул. Двигатель ожил с первого раза. Не с рёвом гоночного зверя, а с низким, ровным, почти скучным гулом. Звук был идеален. Ни посторонних стуков, ни визга ремней, ни плавающих оборотов. Просто ровная, мощная синусоида здорового мотора.

    Он позволил себе лёгкую улыбку. Вот он — единственный честный голос во всём этом царстве вранья. Звук исправного железа. Он дал машине немного прогреться, глядя в лобовое стекло, по которому ползли ручьи конденсата. Потом включил передачу и выехал с аукциона, оставляя позади крики, ложь и ржавые «скорлупки».

    Часть 4: Царство хаоса и порядка
    Его следующей точкой был не дом, а гараж. «Судзуки Шаттл» располагался в промышленной зоне, в пятнадцати минутах езды от порта. Вывеска была самодельной, краска на ней облупилась. Но для своих клиентов — дальнобойщиков, мелких перекупщиков, любителей сэкономить на официальном сервисе — это место было маленькой Меккой.

    Кэй загнал Mark II внутрь. Гараж представлял собой царство контролируемого хаоса. На стеллажах лежали запчасти, отсортированные по маркам и узлам. На стенах висели потёртые плакаты с легендарными Nissan Skyline и календарь тридцатилетней давности с изображением какой-то пин-ап девушки на капоте Ford Mustang. В центре, на подъёмнике, красовался старый минивэн, из-под которого торчали ноги в полосатых носках.

    «…аномалия в CAN-шине! — доносилось из-под днища. — Кто так провода укладывает? Паутину в гараже плести!»

    «Опять сетью ловишь, Дзюн?» — спросил Кэй, вешая ключи на гвоздь у двери.

    Из-под минивэна выкатился на тележке его помощник. Дзюн был на пять лет моложе, худощавый, с вечно растрёпанными волосами и очками в толстой оправе, заляпанными чем-то маслянистым. Он был гением автомобильной электроники и странным философом в одном лице.

    «Это не паук, босс, это криминал! — Дзюн с энтузиазмом стёр щёку, размазав пятно. — Предыдущий хозяин впилил навигатор, прикрутив питание к цепи задних противотуманок! Он мог в любой момент фьють!» Он сделал выразительный жест, изображающий короткое замыкание и пожар.

    «Главное, чтобы не «фьють» в пятницу, когда будем гнать эту кастрюлю в Осаку, — сухо заметил Кэй, наливая себе холодный кофе из термоса. — Клиент ждёт. На аукционе сегодня скучно. Сплошная ржавчина и обман.»

    Часть 5: Клиент с дрожью в руках
    Разговор прервал звонок на двери. В проёме стоял мужчина лет тридцати пяти. Он был одет в хороший, но явно помятый костюм, а его глаза метались по гаражу, цепляясь за груды запчастей и следы масла на полу. В руках он нервно сжимал ключи от машины.

    «Это… «Судзуки Шаттл»? — спросил он, и в его голосе слышалась дрожь. — Мне нужно продать машину. Очень срочно.»

    Кэй отставил банку. Его взгляд мгновенно сменился с расслабленного на оценивающий. Он сканировал клиента, как за минуту до этого сканировал кузов Civic. Поношенные манжеты дорогой рубашки. Грязные ботинки. Взгляд, избегающий прямого контакта. Страх. Не просто нервозность, а животный, липкий страх.

    «Всё продаётся, — ровно сказал Кэй. — Вопрос — за сколько и почему срочно. Что за машина?»

    Клиент, представившийся Аракавой, сделал шаг в сторону и показал на улицу. «Вон та.»

    Кэй и Дзюн выглянули. У тротуара стояла машина. И от неё перехватило дыхание даже у видавшего виды Кэя.

    Это был Nissan Silvia S14. Не просто S14, а экземпляр в редчайшем цвете «Midnight Purple», который на солнце переливался от тёмно-фиолетового до почти чёрного с зелёным отливом. Кузов был безупречно низким, колёсные арки — агрессивно расширенными, а задний спойлер — аккуратным, не кричащим. Машина выглядела как выставочный экземпляр, только что снятый с подиума.

    «Ого… — прошептал Дзюн, и в его глазах загорелись огоньки технического восторга. — S14… с завода или перекрас?»

    Но Кэй не разделял его восторга. Его мозг уже бил тревогу. Такая машина. Такой цвет. И такой продавец? Диссонанс был оглушительным.

    «Слишком сладко, — подумал он про себя. — Слишком сладко для такой горькой физиономии. В чём же подвох, красавица?»

    Часть 6: Рентгеновский взгляд
    Кэй вышел на улицу и медленно обошёл Silvia. Он не трогал её сразу. Его глаза, как сканеры, скользили по линиям кузова, выискивая малейшие изъяны. Он искал то, что называют «перетяжкой» — неровности лака, волны на плоских поверхностях, следы шпатлёвки.

    И он нашёл. Не там, где ожидал. Не на порогах или крыльях, а на стыке капота и правого крыла. Под определённым углом, в тусклом свете дня, лак давал едва уловимую рябь. Не дефект, а признак высочайшей качественной, но всё же локальной перекраски.

    Зачем? — пронеслось в голове у Кэя. Почему на почти новой, идеальной машине локальная покраска?

    Он наклонился, заглянул под передний бампер, к точкам крепления. Болты были чистыми, но на одном из них, в шлице, он разглядел микроскопическую полоску рыжего налёта. Ржавчина. Значит, болт откручивали. Не на заводе. И не так давно.

    Кэй выпрямился и посмотрел на Аракаву. Тот стоял, съёжившись, будто ожидал удара.

    «Откуда машина?» — спросил Кэй.

    «Это… машина моего брата, — заторопился Аракава. — Он уехал за границу. Срочно нужны деньги, чтобы рассчитаться с его… с нашими долгами.»

    Ложь. Грубая и неприкрытая. Кэй протянул руку. «Ключи.»

    Аракава нехотя отдал их.

    Часть 7: Звук дисгармонии
    Кэй сел в салон Silvia. Внутри пахло химическим освежителем с запахом «свежесть альпийских лугов», перебивающим лёгкий, но стойкий дух старой кожи и бензина. Рулевое колесо было спортивным, обшитым алькантарой. Приборная панель — чистой, без лишних кнопок.

    Он вставил ключ, повернул. Двигатель SR20DET ожил с низким, мощным рёвком, от которого задрожали стёкла. Звук был здоровым, турбина свистела чисто. Но… Кэй прикрыл глаза, сосредоточившись на тактильных ощущениях. Через руль, через сиденье шла лёгкая, едва уловимая вибрация. Не та, что от разбалансированных колёс. Что-то глубже. Как будто какой-то узел — не родной, или стоит не так, как должен.

    Он несколько раз коротко газанул, слушая, как двигатель выплёскивает мощность и сбрасывает обороты. Всё было почти идеально. Почти.

    «Твой брат её тюнинговал?» — спросил Кэй, вылезая из машины.

    «Да! Да, конечно! — обрадовался Аракава, ухватившись за соломинку. — Ставил турбину побольше, выхлоп…»

    «Какую турбину?» — перебил его Кэй, глядя прямо в глаза.

    Аракава замер. Его рот открылся, но звука не последовало. Он не знал. Он понятия не имел, что под капотом этой машины.

    Кэй молча отвернулся и подошёл к багажнику. Нажал кнопку. Замок щёлкнул, но крышка не поднялась. Она была заперта дополнительно.

    «Багажник тоже с секретом?» — безразличным тоном спросил Кэй, но внутри у него всё напряглось. Здесь что-то не так. Очень не так.

    Часть 8: Тайна за семью замками
    Аракава побледнел ещё сильнее. «Я… я не знаю код. Брат не сказал.»

    Кэй не стал его слушать. Он наклонился к замку багажника. Его пальцы, знающие каждый миллиметр автомобильного кузова, нащупали по бокам замочной скважины маленькие, почти невидимые утопленные кнопки. Защита от вскрытия. Дорогая и серьёзная.

    Он нажал на них одновременно, чувствуя, как под подушечками пальцев щёлкают микровыключатели.

    Щёлк-щелк.

    Замок сдался. Кэй приподнял крышку багажника.

    Внутри не было ничего необычного. Ни запаски, ни инструментов, ни личных вещей. Только серое суконное покрытие, слегка пыльное. Но в дальнем углу, куда падала тень, лежали три предмета, явно забытые или оставленные нарочно.

    Кэй наклонился.

    Стеклянная лабораторная мензурка, пустая, но с едва заметными следами какого-то белого порошка на стенках.

    Скомканная упаковка от очень дорогого печенья «Коя», которое делали в небольшой кондитерской в Киото.

    И одна-единственная пустая бутылка из-под крафтового пива. На простой чёрно-белой этикетке было написано: «Hakotake Draft №7».

    «Мензурка? Пивовар?» — удивлённо пробормотал Дзюн, заглядывая через плечо.

    Кэй взял бутылку. Она была холодной и пустой. Пивоварня №7. Он знал это название. Небольшая локальная крафтовая пивоварня, которая год назад громко заявила о себе, а потом, около полугода назад, так же внезапно закрылась. Говорили о проблемах с технологией, о нарушении санитарных норм… или о чём-то более тёмном.

    И тут в его мозгу всё сложилось в единую, тревожную картину. Безупречная, но странно вибрирующая машина. Локальная перекраска. Снятые и поставленные назад болты. Секретный багажник. И улики, связывающие машину с исчезнувшей пивоварней.

    Это была не просто продажа. Это была ликвидация улик.

    Часть 9: Непрошеные гости
    Резкий, визгливый звук тормозов за спиной заставил всех троих вздрогнуть. Кэй резко обернулся, ещё не выпуская из рук бутылку.

    К воротам гаража, перекрыв проезд, подъехал большой чёрный Toyota Alphard с тонированными стёклами. Он остановился так резко, что на мокром асфальте остались короткие чёрные полосы.

    Передняя пассажирская дверь распахнулась. Из неё вышел мужчина в простой чёрной ветровке и таких же чёрных штанах. Его лицо было непроницаемым, словно вырезанным из камня. Глаза, тёмные и пустые, сразу нашли Аракаву, потом скользнули по Silvia, и, наконец, остановились на Кэе с бутылкой в руках.

    Затем открылась водительская дверь. Второй мужчина, крупнее и шире в плечах, вышел и встал рядом. Он что-то держал в руке, опущенной вдоль тела. Из-под полы куртки виднелся блеск металла — то ли монтировка, то ли что-то похуже.

    Аракава издал звук, похожий на стон ужасно напуганного животного, и отпрянул к стене гаража, будто пытаясь в неё вжаться.

    «Дзюн, — тихо, но чётко сказал Кэй, не отводя глаз от незнакомцев. — В гараж. Закройся изнутри. Берёшь телефон, звонишь в полицию. Говоришь: «Нападение на коммерческий объект, угроза жизни, возможное оружие». Чётко и быстро. Понял?»

    Дзюн кивнул, его лицо побелело, но в глазах читалась решимость. Он метнулся внутрь.

    Человек в чёрной ветровке сделал шаг вперёд. Его шаг был тяжёлым, уверенным.

    «Машина, — произнёс он. Голос был низким, безэмоциональным, как скрежет камней. — И мужчина. Сейчас.»

    Он говорил о Silvia и об Аракаве. Но его взгляд, буравящий Кэя, говорил, что теперь и Кэй стал частью уравнения. Частью проблемы, которую нужно решить.

    Часть 10: Холодный расчёт
    Кэй медленно поставил бутылку на пол багажника и закрыл крышку. Звук щелчка прозвучал неестественно громко в наступившей тишине. В его голове с бешеной скоростью проносились варианты.

    Бежать? Бесполезно. Они в машине, догонят.
    Драться? Против двоих, возможно, вооружённых? Самоубийство.
    Кричать, звать на помощь? Район промышленный, в этот час тут ни души.

    Его взгляд метнулся к своему Toyota Mark II. Он стоял в стороне, у левой стены гаража, ключи торчали в замке зажигания — он даже не вытащил их, когда зашёл. Между ним и водительской дверью Mark II было около пяти метров. Между ним и незнакомцами — семь.

    В голове Кэя, как в компьютере, высветилась траектория. Рывок вбок, два шага, прыжок в машину, поворот ключа, газ в пол. Mark II — заднеприводный, у него был шанс развернуться на мокром асфальте и уйти через задний въезд, если Дзюн уже откроет ворота…

    Но он не мог бросить Аракаву. Не потому, что был героем. А потому, что этот перепуганный человек был теперь ключом ко всей этой истории. И потому, что с точки зрения бизнеса, позволить клиенту быть похищенным у тебя в гаразе — это смерть репутации.

    Второй мужчина, крупный, сделал шаг в сторону Аракавы.

    И Кэй принял решение. Он не был бойцом. Он был водителем. Его оружие было на четырёх колёсах.

    «Эй!» — крикнул он, заставляя обоих незнакомцев на мгновение перевести на него взгляд.

    В этот момент он не побежал к своей машине. Он сделал шаг навстречу им, к открытому багажнику Silvia. Его рука снова легла на крышку.

    «Вы её забрать хотите? — спросил он, и его голос, к его собственному удивлению, звучал почти спокойно. — Тогда вам понадобятся и ключи.»

    Он сделал вид, что копается в кармане, выигрывая драгоценные секунды. Где же полиция? Звонил ли Дзюн? Его взгляд скользнул к чёрному Alphard, перекрывавшему ворота. Идеальная преграда.

    Новый план, отчаянный и рискованный, начал складываться в его голове. Всё зависело от скорости, расчёта и от того, насколько хорошо он знал своего «железного коня».

    Человек в ветровке понял, что Кэй тянет время. Его каменное лицо исказила гримаса нетерпения, и он резко двинулся вперёд.

    Кэй отпрыгнул назад, к открытым воротам гаража. Сердце билось так, что казалось, вырвется из груди. Но в его глазах, встретившихся с пустым взглядом наёмника, не было страха. Там был холодный, острый, как лезвие, азарт охотника, попавшего в капкан и решившего забрать с собой хотя бы одного.

    Туман сгущался. Вдалеке, приглушённо, послышался вой сирены. Одинокий, далёкий, но такой желанный.

    «Ну что ж, — прошептал Кэй себе под нос, пятясь к тени гаража. — Раз уж ввязался в перегон… придётся вести его до конца.»

    А над портом Хакотакэ, медленно и неумолимо, опускалась ночь, готовая поглотить и правду, и ложь, и блеск фиолетового кузова, и холодный блеск враждебных глаз.

    КОНЕЦ ГЛАВЫ 1

     

    Книга «Стальной Навигатор»
    Глава 2: Сцепление с реальностью
    Часть 1: Пять метров до спасения
    Время замедлилось. Каждая капля тумана висела в воздухе, как отдельная стеклянная бусина. Скрип подошвы ботинка о мокрый асфальт растянулся в бесконечный шипящий звук. Кэй видел, как мышцы на лице человека в чёрной ветровке напряглись для рывка, как пальцы его напарника сомкнулись на рукоятке монтировки.

    Пять метров до его Mark II. Семь — до незнакомцев. Вечность.

    Мысль пронеслась со скоростью искры: Они не позволят мне сесть в машину.

    И тогда он сделал нелогичное. Вместо того чтобы бежать к своему автомобилю, он резко шагнул вперёд, прямо навстречу опасности, и ударил ладонью по крыше Silvia.

    Грохот был оглушительным в напряжённой тишине. Оба наёмника инстинктивно вздрогнули, их внимание на миг переключилось на источник шума.

    «Эй, осторожнее с товаром! — крикнул Кэй, и в его голосе появилась натянутая, почти истеричная нотка, которую он сымитировал, глядя на перепуганного Аракаву. — Вы её повредите! Хозяин убьёт!»

    Он играл на их уверенности, на их восприятии его как испуганного механика, охраняющего имущество. И это сработало. На лице человека в ветровке мелькнуло презрительное облегчение. Слабак. Паникёр.

    «Отойди от машины, — рявкнул крупный наёмник, делая шаг вперёд. — И отдай ключи.»

    «Да, да, конечно!» — закивал Кэй, пятясь к открытому багажнику Silvia, как будто ища там ключи.

    Его спина была теперь к гаражу, лицо — к наёмникам. Из-за его спины, из приоткрытой двери гаража, мелькнуло движение. Дзюн. Он показал три пальца, затем два, затем один. Через три секунды.

    Кэй понял. Дзюн не просто звонил в полицию. Он что-то делал.

    Человек в ветровке, потеряв терпение, решил действовать. Он резко двинулся к Аракаве, чтобы просто схватить его и увести. Это была ошибка. Он отвернулся от Кэя и от Silvia.

    В этот момент Кэй крикнул: «ДЗЮН, СЕЙЧАС!»

    И мир взорвался.

    Часть 2: Свет и ярость
    Не с взрыва, конечно. С света.

    Все прожекторы, все лампы, все переносные фонари в гараже «Судзуки Шаттл» вспыхнули на полную мощность одновременно. Это был ослепляющий, бело-синий шквал света, вырвавшийся из открытых ворот и окон. Он превратил пространство перед гаражом в подобие футбольного стадиона ночью, выхватив из тумана фигуры наёмников, детали машин, выражение дикого удивления на каменном лице.

    Кэй, ожидавший этого, уже зажмурился и отпрыгнул вбок, за угол гаража. Наёмники, ослеплённые, замерли на секунду, инстинктивно поднимая руки к глазам. Этой секунды хватило.

    Из глубины гаража раздался новый звук — не человеческий. Это был дикий, неистовый рёв большого, неспортивного двигателя, доведённого до красной зоны. Звук, который шёл не от Silvia и не от Mark II.

    Из распахнутых ворот гаража, визжа шинами по бетонному полу, выкатился и рванул вперёд тот самый старый минивэн, над которым копался Дзюн. За рулём никого не было.

    Дзюн, притаившийся у электрощитка, запустил его дистанционно, сидя на корточках с ноутбуком на коленях, подключённым к разобранной приборной панели.

    Минивэн, тяжёлый и неповоротливый, нёсся прямо на чёрный Alphard, блокировавший ворота.

    «УБЕ-Е-ЕЙ!» — заорал крупный наёмник, увидев полуторатонный кусок металла, летящий на их единственный путь к отступлению.

    Они кинулись в стороны. Человек в ветровке отпрыгнул к забору, его напарник — к стене соседнего здания.

    БА-БАХ!

    Удар пришёлся точно в переднее крыло Alphard. Стекло треснуло, металл скорчился с душераздирающим скрежетом. Минивэн, отскочив, развернулся боком и заглох, окончательно перекрыв узкий проезд. Сработали подушки безопасности, с грохотом заполнив салон.

    Хаос был идеальным. И именно в этот момент, поверх воя сирены, доносящейся всё ближе, Кэй совершил свой главный манёвр.

    Пока наёмники приходили в себя после световой атаки и столкновения, он не побежал к своей машине. Он рванул к Аракаве, схватил его за рукав и потащил за собой — не в гараж, а вокруг него, в узкий, тёмный проход между зданиями, ведущий к заднему двору и запасному выезду.

    «Бежим!» — выдохнул он, и в его голосе не было ни паники, ни героизма. Только холодная, чёткая команда.

    Аракава, парализованный страхом, позволил себя вести. Они скрылись в темноте, как раз когда первые синие проблески маячков полицейских машин замигали в конце улицы.

    Часть 3: Запах страха и бензина
    Задний двор «Судзуки Шаттл» был свалкой в миниатюре: старые покрышки, ржавые диски, несколько кузовов на постаментах, ожидавших донорских органов. Здесь пахло ржавчиной, стоячей водой и землёй.

    Кэй втолкнул Аракаву за гору покрышек и прижал палец к губам. Они слышали, как на улице стихают крики, раздаются громкие команды, хлопают двери машин. Через минуту послышался знакомый голос Дзюна, слишком громкий и слишком подробно объясняющий, что «на нас напали вооружённые бандиты, пытались угнать автомобиль клиента, я, спасая жизнь, активировал систему аварийного освещения и, к сожалению, потерял контроль над тестовым автомобилем, который находился в режиме диагностики».

    Кэй позволил себе выдохнуть. Дзюн работал на опережение, создавая легальную легенду. Хороший парень.

    «Они… они ушли?» — прошептал Аракава, и его зубы выбивали дробь.

    «Полиция — да. Те двое — нет, — отрезал Кэй, вытирая пот со лба. — Они сбежали. Пешком или на второй машине. Alphard теперь никуда не поедет.» Он посмотрел на Аракаву. «Теперь будешь говорить правду? Или ждёшь, пока они найдут тебя в следующий раз без меня и моего технаря-психопата?»

    Аракава сжался в комок. Он был на грани. Кэй видел, как в его глазах борются животный страх и отчаянная потребность сбросить груз.

    «Я… я не знаю всего, — начал он, слова вырывались с трудом. — Мой брат… Масару. Он не пивовар. Он был технологом на пивоварне «Хакотакэ Драфт». Занимался системами очистки, контролем качества.»

    «И что?» — спокойно спросил Кэй.

    «Он… он что-то нашёл. Не в пиве. В документах. В схемах поставок. Он говорил, что через пивоварню «прогоняют» что-то другое. Деньги? Контрабанду? Не знаю. Он стал бояться. Записывал что-то, прятал. Потом… исчез. Полгода назад. Полиция сказала — вероятно, сбежал от долгов.»

    «А машина?» — Кэй кивнул в сторону гаража, за которым стояла Silvia.

    «Он её обожал. Купил по частям, восстанавливал годами. После его исчезновения она стояла в заброшенном ангаре пивоварни. Я… я узнал, что ангар будут сносить. Решил продать. Чтобы хоть какие-то деньги… Мне угрожали по телефону. Говорили, оставь всё как есть. Я испугался, хотел быстрее избавиться.»

    «И привёл хвост прямо ко мне, — констатировал Кэй. — Прекрасно.» Он помолчал. «Что он прятал? Где?»

    «Не знаю! Клянусь! Он говорил что-то про «двойное дно». Про «носитель»…»

    Двойное дно. Слова отозвались в памяти Кэя. Он снова представил себе вибрацию Silvia. Не родной вес. Лишняя масса, искусно распределённая.

    «Консервная банка, — прошептал он. — Они сделали из неё консервную банку.»

    Аракава смотрел на него непонимающе.

    В этот момент в проходе между покрышками показался Дзюн. Он был бледен, но глаза горели.
    «Босс. Полиция. Инспектор Саэдзима. Хочет говорить с хозяином и… с потерпевшим.» Он бросил взгляд на Аракаву. «Она очень… детализированная.»

    Кэй вздохнул. От суда божьего к суду человеческому. «Веди.»

    Часть 4: Инспектор с холодным взглядом
    Инспектор Макото Саэдзима стояла посреди хаоса перед гаражом, и этот хаос, казалось, только подчёркивал её безупречный порядок. Форма сидела идеально, прядь чёрных волос не выбивалась из строгого пучка, а взгляд за овальными очками был таким же холодным и острым, как скальпель.

    Она изучала вмятину на Alphard, разбитый минивэн, следы на асфальте. Двое полицейских опрашивали Дзюна, который с энтузиазмом показывал на своём ноутбуке графики диагностики и «случайно активированный протокол экстренной световой сигнализации».

    Когда Кэй с Аракавой вышли из-за угла, её взгляд мгновенно нашёл их. Он прошёлся по Кэю — потная кофта, грязные руки, спокойное лицо — и задержался на Аракаве — помятый костюм, трясущиеся руки, глаза беглеца.

    «Судзуки Кэйтаро?» — её голос был ровным, без эмоций.

    «Вот именно, — кивнул Кэй. — Это мой гараж. А это — мой клиент, Аракава-сан. На которого только что было совершено нападение.»

    «Я вижу, — сказала Саэдзима, медленно подходя. — И я вижу два повреждённых автомобиля, дистанционно управляемый минивэн и историю, которую ваш помощник рассказывает так, будто готовился к экзамену по криминалистике.» Она остановилась в шаге от Кэя. «Давайте начистоту. Кто эти люди? Что им было нужно?»

    «Машина, — честно сказал Кэй, указывая на Silvia. — И, вероятно, он.» Он кивнул на Аракаву.

    «Почему?»

    «Это вопрос к моему клиенту. Я лишь предоставляю услуги оценки и безопасной сделки. Кажется, с безопасностью сегодня не задалось.»

    Саэдзима перевела взгляд на Аракаву. «Аракава-сан?»

    Тот залепетал ту же историю, что и Кэю: пропавший брат, долги, продажа машины. Но под холодным, аналитическим взглядом инспектора его история рассыпалась, как карточный домик. Он упомянул про угрозы, про пивоварню, и Саэдзима мгновенно ухватилась за эту нить.

    «Пивоварня №7, — повторила она, и в её глазах что-то мелькнуло. — Дело о пропавшем технологе Масару Аракаве. Оно было закрыто за отсутствием улик.» Она посмотрела на Silvia. «Это его машина?»

    «Да, — прошептал Аракава.**

    Саэдзима сделала знак одному из полицейских. «Оформляйте изъятие. Эта машина — вещдок. И на техосмотр. Полный. Снимем обшивку, проверим скрытые полости.» Она снова посмотрела на Кэя. «Вы её осматривали?»

    «Поверхностно, — сказал Кэй. — Хорошая покраска. Не родная на некоторых панелях. Локальный ремонт высокого класса. И… вибрация.»

    «Вибрация?»

    «Как будто что-то лишнее прикручено к кузову. Неравномерно. Смещён центр тяжести.»

    Саэдзима оценивающе посмотрела на него. Она слышала о «Судзуки Шаттл». О гадалке, который по звуку определял пробег. Видимо, не все слухи были преувеличены.

    «Вы будете давать показания. Обоим. Отдельно, — сказала она. — А пока…» Она подошла к багажнику Silvia, который всё ещё был приоткрыт. Надел перчатки. «Что это?»

    Кэй вздохнул. «То, что мы нашли внутри. Мензурка. Упаковка от печенья. Бутылка.»

    Саэдзима аккуратно подняла бутылку «Hakotake Draft №7». «Улика. Идёт в лабораторию.» Она повернулась к Кэю. «Вы вмешались в ход нападения. Рисковали. Почему?»

    Кэй пожал плечами. «Клиент в моём гараже. Репутация. И… они стали угрожать моему помощнику.»

    Это была не вся правда, но правдивая часть. Саэдзима, похоже, это поняла. Она кивнула.

    «Вам повезло, что они сбежали. И повезло, что ваш помощник такой… изобретательный. Но в следующий раз — звоните в полицию сразу. А не устраивайте световое шоу и дистанционные гонки.» В её голосе впервые прозвучал намёк на что-то, отдалённо напоминающее сухой юмор.

    «Будет учтено, инспектор.»

    Часть 5: Тихая разборка
    Дальше началась рутина. Опросы, бумаги, фотографии. Silvia увезли на эвакуаторе. Alphard тоже забрали. Аракаву отвезли в участок для дачи официальных показаний под защиту.

    Кэй и Дзюн остались вдвоём среди вечерних развалин. Минивэн нужно было тащить обратно в гараж, убирать осколки, осмыслять ущерб.

    «Ты… включил всё, что мог, да?» — спросил Кэй, глядя на вывернутую фару минивэна.

    «Эм… и аварийную сирену на крыше, и компрессор подкачки шин, который начал дико выть, — признался Дзюн. — Нужно было создать максимальный сенсорный шок. По военной тактике дезориентации.»

    «Военная тактика. Ясно, — Кэй сел на бордюр, чувствуя, как адреналин наконец отступает, оставляя глухую усталость. — Спасибо, Дзюн. Ты… молодец.»

    Дзюн покраснел и заёрзал. «Это просто логика. Они — угроза. Наша система — инструмент. Нужно было использовать инструмент нестандартно.» Потом он хмуро добавил: «Но я сжёг три блока предохранителей. И, кажется, спалил контроллер дистанционного запуска. Его теперь не восстановить.»

    Кэй рассмеялся. Это был короткий, хриплый звук, но он снял напряжение. «Ничего. Спишем на расходы по обеспечению безопасности персонала.»

    Они помолчали, глядя, как последние полицейские машины исчезают в сгущающихся сумерках.

    «Босс, — тихо сказал Дзюн. — Что они искали в той машине? Ты сказал «консервная банка».»

    «Двойное дно, Дзюн. Либо в баке, либо в порогах, либо в самой раме. Можно спрятать килограммы… чего угодно. И если это сделано кустарно, это меняет вес, развесовку. Отсюда — вибрация.»

    «Значит, брат… технолог… перевозил контрабанду?»

    «Или обнаружил её. И решил это зафиксировать. А потом исчез.» Кэй потёр переносицу. «И теперь кто-то очень хочет получить обратно и улики, и, возможно, то, что ещё спрятано в машине. Аракава стал помехой.»

    «И мы тоже.»

    «Да. И мы тоже.»

    Часть 6: Ночной визит
    Они закончили уборку уже глубокой ночью. Кэй отправил Дзюна домой — парень шатался от усталости. Сам же остался, чтобы ещё раз проверить замки и погасить свет. Он стоял в тёмном гараже, пахнущем теперь ещё и гарью от спаленной электроники, и чувствовал странную пустоту. Silvia, эта красивая, манящая проблема, исчезла. Но проблема в целом — никуда не делась.

    Он вышел на улицу, чтобы выкурить последнюю сигарету, и увидел фары. Машина подъезжала медленно, без спешки. Не полицейская. Обычный седан. Он остановился напротив гаража.

    Из водительской двери вышла Саэдзима. Она сменила форму на простые тёмные брюки и кожаную куртку, но осанка у неё была всё такой же прямой, а взгляд — таким же пристальным.

    «Инспектор? — удивился Кэй. — Вы что-то забыли?»

    «Нет. Я привезла кое-какую информацию. Неофициально.» Она прислонилась к своему автомобилю, скрестив руки. «И хочу кое-что спросить. Не как полицейская. Как… заинтересованная сторона.»

    Кэй молча кивнул, предлагая продолжать.

    «Технолог Масару Аракава. Его дело было свёрнуто слишком быстро. Начальство дало команду — нет тела, нет состава. Но были странности. Он перед исчезновением заказывал детальный химический анализ не только пива, но и промывочных жидкостей, материалов тары. Платил наличными из своего кармана.»

    «Искал следы непивных веществ, — заключил Кэй. — Что можно спрятать в бочке с пивом? Драгоценности? Документы? Наркотики в растворимой оболочке?»

    «Или деньги, — сказала Саэдзима. — Отмывание. Пивоварня была идеальным прикрытием: постоянные поставки сырья, отгрузки продукции, наличные расчёты с мелками пабами.» Она помолчала. «Ваша оценка машины? Вибрация из-за скрытых полостей?»

    «Самая вероятная версия.»

    «Спецы в нашем гараже начнут вскрытие завтра. Если там что-то есть — найдём.» Она посмотрела на Кэя. «А теперь мой вопрос. Вы действительно просто хотели защитить клиента?»

    Кэй затянулся, выпустил дым в холодный воздух. «Нет. Не только.»

    «Почему?»

    «Любопытство, инспектор. Машина — это пазл. И эта была слишком красивым, слишком сложным пазлом. Мне захотелось его разгадать. А когда на мою территорию зашли чужие и начали ломать правила… это стало делом принципа.»

    Саэдзима какое-то время молча смотрела на него, словно пытаясь разгадать свой пазл. «Вы — странный человек, Судзуки-сан. Опасный.»

    «Я — реалист. Я знаю машины. И понемногу начинаю понимать людей, которые их портят.»

    Она кивнула, как будто это был приемлемый ответ. «Эти двое… наёмники. Не местные. Alphard арендован на подставную фирму. Мы их найдём. Но те, кто за ними стоит… они будут осторожнее. И, возможно, злее.» Она открыла дверь машины. «Будьте осторожны. И… если вспомните ещё какие-то детали о машине, позвоните.» Она протянула ему свою визитку, обычную, без званий, только имя и номер.

    Кэй взял её. «Вы же сказали — звонить в полицию сразу.»

    «Звоните по этому номеру. Это быстрее.» Она села в машину, завела мотор. «И смените замки на гараже. Ваши выглядят так, будто их можно вскрыть отвёрткой для масла.»

    Она уехала, оставив Кэя с визиткой в руках и с ощущением, что игра только начинается. И правила в этой игре писали не он.

    Часть 7: Звонок из тишины
    Кэй вернулся в гараж, забаррикадировал дверь изнутри ящиком с инструментами (замки он и правда поменяет завтра) и налил себе крепкого чая из термоса. Он сел за свой старый стол, заваленный бумагами, и попытался упорядочить мысли.

    Пивоварня. Технолог. Контрабанда. Двойное дно. Наёмники. Инспектор, которая ведёт своё маленькое расследование.

    И машина. Всегда возвращалось к машине. К её идеальному кузову, скрывающему тайну. К её несовершенной вибрации.

    Его телефон вибрировал на столе. Неизвестный номер.

    Кэй посмотрел на экран. Полночь. Кто?

    Он поднёс трубку к уху, но не сказал ни слова.

    Сначала была тишина. Потом — лёгкое, едва слышное дыхание. И наконец — голос. Мужской, приглушённый, будто говорящий через ткань или изменённый синтезатором. Всего три слова.

    «Оставь это дело.»

    И звонок прервался.

    Кэй медленно опустил телефон. Не угроза. Констатация. Предупреждение. Они знали его номер. Значит, следили. Или получили информацию очень быстро.

    Он не испугался. Наоборот, внутри него что-то щёлкнуло, как хорошо смазанный механизм. Страх уступил место холодной, чистой целеустремлённости. Они показали свою заинтересованность. Значит, он на правильном пути.

    Он достал визитку Саэдзимы, подумал, стоит ли звонить сейчас. Решил, что нет. Это был его козырь. Его связь. И показывать его рано.

    Вместо этого он открыл на ноутбуке карту города. Нашёл расположение бывшей пивоварни «Хакотакэ Драфт №7». На промышенной окраине, недалеко от старых доков. Территория, скорее всего, огорожена, но не охраняется. Снести должны были уже месяц назад. Почему не снесли?

    Он откинулся на спинку стула. Завтра. Завтра он поедет туда. Не как детектив. Как оценщик. Мог бы представиться потенциальным покупателем территории… или ищущим запчасти для редкой модели. Что-нибудь придумает.

    А пока… Он взглянул на фотографию, приколотую к стеллажу. Старый снимок, ему лет восемнадцать, он стоит рядом со своим первым автомобилем — развалюхой Toyota Corolla, которую он купил на первые деньги и своими руками привёл в чувство. Он улыбался на том фото. Искренне.

    «Ну что ж, — тихо сказал он пустому гаражу. — Похоже, этот «перегон» будет куда длиннее, чем я думал.»

    Часть 8: Сны из металла
    Ночь не принесла покоя. Кэю снились машины. Но не целые, а разобранные на части. Двигатели, висящие в пустоте. Кузова, разрезанные пополам, как анатомические атласы. И из этих разрезов сыпался не песок, а странный белый порошок, похожий на тот, что был на мензурке. Порошок складывался в слова: «носитель», «двойное дно», «молчание».

    Он проснулся затемно, в четыре утра, от звука, которого не было — от воображаемого скреста монтировки по металлу. Сердце колотилось. Он встал, подошёл к небольшому оконцу в боковой стене гаража, откуда был виден отрезок пустынной улицы.

    Всё было тихо. Туман снова сгущался, превращая фонари в расплывчатые световые пятна.

    Его взгляд упал на то место, где стояла Silvia. Теперь там была лишь лужа, оставшаяся от дневного дождя, и тёмное пятно масла. Но в памяти чётко стоял её образ. Фиолетовый отблеск лака. Линия крыши. Секретный замок багажника.

    Что ты везешь в себе, красавица? Какие тайны вшиты в твою стальную плоть?

    Он знал, что пока машина в полицейском гараже, она в относительной безопасности. Но и недоступна для его осмотра. Ему нужен был другой путь. Нужно было понять контекст. Где она хранилась? Кто имел к ней доступ? Что за «документы» искал технолог?

    Пивоварня была ключом.

    Кэй оделся, выпил ещё чаю, сел за компьютер. Начал искать всё, что мог, о «Hakotake Draft №7». Статьи в местных газетах годовой давности, восхваляющие «новый вкус в городе». Отзывы в блогах — сначала восторженные, потом скептические («последняя партия была какой-то мутной»). Заметка о внезапном закрытии — «в связи с пересмотром бизнес-стратегии». Ничего о нарушениях, об обысках, о пропаже людей. Гладко. Слишком гладко для бизнеса, который прогорел.

    Он нашёл старую фотографию территории. Несколько цехов, склады, административное здание в стиле лофт, которое пытались выдать за «фирменный паб». Ворота, забор. И — что интересно — большой ангар, явно переоборудованный из старого автоцеха. Там, вероятно, и стояла Silvia.

    На одной из фотографий в углу кадра мелькнула фигура в рабочем халате, неясная. Мог ли это быть Масару Аракава? Кэй увеличил. Слишком размыто.

    Он откинулся. Информации мало. Нужен был визит на место.

    Рассвело. Холодное, серое утро не обещало ничего хорошего. Кэй разблокировал дверь, вышел, чтобы осмотреть улицу. Ничего подозрительного. Ни чёрных Alphard, ни людей в ветровках.

    Он позвонил Дзюну, велел ему сегодня не приходить, отдохнуть. Дзюн начал было возражать, что нужно чинить минивэн, но Кэй был непреклонен.

    «Отдыхай. Завтра разберёмся. Сегодня я буду в отъезде.»

    «Босс, ты куда?»

    «По делам. Оценка одного объекта.»

    Он положил трубку. «Объекта». Звучало солидно. Как будто он и правда собирался оценить стоимость старого кирпича и ржавых ферм.

    Часть 9: Дорога к источнику
    Он выехал на своём Mark II через час. Город постепенно оживал, но в промзону, где располагалась пивоварня, жизнь доходила неохотно. Здесь было тихо, грязно и пахло затхлостью и заброшенностью.

    Пивоварня №7 оказалась именно такой, как на фото, только более обшарпанной. Забор кое-где был проломлен, на воротах висел ржавый замок, но цепь, на которой он висел, была перекушена болторезом. Кто-то уже побывал здесь до него.

    Кэй припарковался в стороне, за грузовиком-свалом, и пошёл пешком. Он не стал лезть через главные ворота, а обошёл забор, найдя дыру рядом с тем самым ангаром.

    Территория была пустынна. Трава проросла сквозь асфальт. Стёкла в цехах были выбиты. На стене административного здания кто-то нарисовал граффити — нечто бессмысленное и угрюмое.

    Ангар. Большие ворота были заварены, но боковая калитка приоткрывалась с скрипом. Кэй зашёл внутрь.

    Воздух был спёртым, пахло пылью, старым маслом и… да, слабым, едва уловимым запахом хмеля, который въелся в стены. Свет проникал через грязные стеклянные панели в крыше, выхватывая из полумрака пустые поддоны, разобранные части какого-то оборудования и… следы.

    Следы недавнего пребывания. Свежие отпечатки ботинок на пыльном полу. Сдвинутые с места ящики. И в самом центре ангара — прямоугольник, почти свободный от пыли, где явно долгое время стоял автомобиль. По размерам — точно Silvia.

    Кэй осмотрел площадку. Никаких забытых деталей, никаких бумаг. Кто-то хорошо поработал. Но он искал не это. Он искал место. Где здесь можно было спрятать что-то, наблюдая за машиной? Где мог прятаться сам Масару?

    Его взгляд упал на небольшую комнату-бытовку в углу ангара, с окном, выходящим на площадку. Дверь была приоткрыта.

    Внутри был хаос. Кто-то явно обыскивал помещение. Шкаф повален, стул сломан. Но на столе, под осколком стекла от разбитой лампы, Кэй заметил кое-что. Не документ. Не улику. Мелкую, бытовую деталь.

    Пластиковую карточку от местной библиотеки. Имя стёрто, срок действия истёк два года назад. Но на обратной стороне, шариковой ручкой, было нацарапано несколько цифр. Не похоже на номер телефона. Скорее… координаты? Или код?

    Кэй взял карточку, положил в карман. Это могло быть ничем. Мусором. Но в таком тщательно очищенном месте любая оставленная деталь казалась значимой.

    Он уже собирался уходить, когда услышал звук. Не с улицы. Из глубины пивоваренного цеха. Металлический скрежет. Как будто тяжёлую железную дверь открывают после долгого простоя.

    Кэй замер. Он был не один.

    Часть 10: Подземный ход
    Звук не повторился. Но тишина, наступившая после, была ещё более зловещей. Кэй осторожно вышел из бытовки и прислушался. Ничего. Может, показалось? Старые здания полны странных звуков.

    Но инстинкт, тот самый, что спасал его на дорогах, кричал: Опасность. Уходи.

    Он двинулся к выходу, стараясь ступать бесшумно. Его тень, удлинённая косыми лучами света, скользила по стенам.

    Он был уже у калитки, когда снова услышал скрежет. Теперь ближе. И голоса. Приглушённые, но явные. Два мужских голоса. Один раздражённый: «…ничего тут нет. Всё вычистили ещё тогда.» Другой, более спокойный: «Надо проверить холодные тоннели. Он мог спрятать в системе.»

    Холодные тоннели. Технологический термин. Системы охлаждения и подачи в пивоварне.

    Кэй не стал дожидаться. Он выскользнул наружу, быстро, но не бегом, чтобы не привлекать внимания. За углом ангара он прижался к стене, сливаясь с тенью.

    Из главного здания цеха вышли двое. Не те, что вчера. Другие. Один в рабочей спецовке, как у сантехника, другой — в дорогой, но практичной куртке. Они о чём-то спорили, жестикулируя в сторону ангара. Человек в куртке посмотрел прямо в сторону Кэя, и на секунду их взгляды, казалось, встретились сквозь тусклый свет и расстояние. Кэй не дышал.

    Но мужчина отвернулся. Они сели в неприметный серый фургон, стоявший у ворот, и уехали.

    Кэй выждал пять минут, потом ещё пять. Потом быстро, почти бегом, вернулся к своей машине. Его руки слегка дрожали, когда он вставлял ключ в замок зажигания.

    Они искали. Не только машину. Они искали что-то здесь, на пивоварне. Что-то, что не нашли полгода назад. Или что-то новое.

    Он выехал на пустынную дорогу, глотая холодный воздух. В кармане жгла находка — библиотечная карточка с цифрами.

    Он не был детективом. Он был перегонщиком. Но он понимал логистику. Понимал тайники. И начинал понимать, что Масару Аракава не просто что-то нашёл. Он что-то устроил. Как тайник в машине, но больше. Сложнее.

    И теперь Кэй, сам того не желая, стал следующим звеном в этой цепочке. Звеном между пропавшим технологом, его украденной машиной и людьми, которые готовы убить, чтобы сохранить секрет.

    Он посмотрел в зеркало заднего вида. Пустая дорога. Пока.

    «Холодные тоннели, — повторил он про себя. — Интересно, Саэдзима знает про холодные тоннели?»

    Он достал телефон, нашёл её номер. Потом убрал. Не сейчас. Сначала нужно понять, что значат эти цифры. Нужна помощь технаря.

    Он набрал Дзюна.

    «Дзюн. Прости, что беспокою. Ты хорошо разбираешься в цифрах? Не в электронных, а в загадочных.»

    Голос в трубке прозвучал оживлённо: «Босс? Цифры? Это моя вторая натура после проводов. Что там?»

    «Ципровой код. На библиотечной карточке. Выглядит как набор. Может быть координаты, может быть код доступа, может быть номер сейфа.»

    «Присылай. Поиграем.»

    Кэй сфотографировал карточку и отправил. Через минуту Дзюн перезвонил, его голос стал серьёзным.

    «Босс. Это не координаты GPS. Похоже на номер полки, стеллажа и… порядковый номер книги. По стандарту городской библиотечной системы образца девяностых. У них там до сих пор карточные каталоги в подвале.»

    «Библиотека? — удивился Кэй. — Зачем технологу с пивоварни прятать что-то в библиотеке?»

    «Может, не прятать. Может… оставить сообщение. Там тихо, безопасно, и информацию можно хранить десятилетиями. В виде книги.»

    Кэй замолчал, осмысляя. Технолог, которого преследуют, не доверяет цифровым следам. Он идёт в самое аналоговое, забытое место — в архив городской библиотеки. И оставляет ключ. Ключ к чему?

    «Дзюн, — сказал Кэй. — Кажется, нам нужно сходить в библиотеку.»

    На другом конце провода послышался вздох, полный предвкушения и легкой тревоги.

    «Никогда не думал, что мой навык чтения схем пригодится для декодирования библиотечных шифров. Когда едем?»

    «Завтра. Сегодня… сегодня я думаю, нам обоим стоит быть поосторожнее. И смени замки, кстати.»

    «Уже меняю. На цифровые, с отпечатком пальца и режимом паники. Если кто вломится — включится запись и отправится сигнал на твой телефон.»

    Иногда, думал Кэй, кладя трубку, иметь гения-технаря в помощниках — это не роскошь. Это вопрос выживания.

    Он свернул в сторону своего гаража, но на полпути передумал. Вместо этого он поехал к набережной, где можно было видеть открытое море. Туман над водой рассеивался, уступая место холодному, чистому воздуху.

    Он стоял, опершись на ограждение, и смотрел на горизонт. Где-то там были ответы. В холодных тоннелях пивоварни. В старых книгах библиотеки. В потайных полостях фиолетовой Silvia.

    И он, Кэйтаро Судзуки, автодилер и перегонщик, оказался в самой гуще этой истории. Не по своей воле, а по воле случая и собственного любопытства.

    «Что ж, Масару Аракава, — тихо сказал он ветру. — Похоже, ты оставил свою машину не тому человеку. Или как раз тому, кто сможет её понять. Давай посмотрим, куда заведёт нас эта дорога.»

    Он завёл машину и тронулся с места. Впереди была библиотека, холодные тоннели и новые встречи — как с теми, кто ищет правду, так и с теми, кто готов её похоронить.

    Но для начала — нужно было пережить эту ночь.

    КОНЕЦ ГЛАВЫ 2

    Книга «Стальной Навигатор»
    Глава 3: Холодные тоннели
    Часть 1: Пыль и тишина
    Городская центральная библиотека Хакотакэ была монументом ушедшей эпохи. Массивное каменное здание в западном стиле, построенное еще в начале XX века, теперь тонуло в тени стеклянных бизнес-центров. Внутри пахло старыми книгами, пылью и тишиной — особенной, густой тишиной, которая, казалось, впитывала все звуки.

    Кэй и Дзюн вошли в вестибюль. Дзюн нервно поправил очки, оглядывая высокие потолки и темные дубовые стеллажи.
    «Я с пятого класса в библиотеке не был, — прошептал он. — Здесь как в храме. Только вместо богов — книги.»
    «Ищем не бога, а конкретную книгу, — тихо ответил Кэй. — Держись ближе и не привлекай внимания.»

    На стойке информации дежурила пожилая женщина с проницательным взглядом и седыми волосами, убранными в строгий пучок. Её табличка гласила: «Танака. Старший библиотекарь».

    Кэй подошёл к ней, стараясь выглядеть максимально нейтрально.
    «Извините, — начал он. — Я ищу конкретное издание. Возможно, из старого фонда. По технологии... пищевых производств.»
    Он не стал упоминать пивоварение сразу.

    Танака-сан посмотрела на него поверх очков. Её взгляд был оценивающим, как у механика, разглядывающего подозрительный автомобиль.
    «Старый фонд. Технология. У нас есть закрытый каталог в подвале. Карточный. Не всё оцифровано. Но доступ ограничен. Вы исследователь?»

    «Можно сказать так, — уклончиво ответил Кэй. — Я изучаю историю местных производств. Пивоварня «Хакотакэ Драфт»... вы что-нибудь о ней знаете?»

    Что-то промелькнуло в глазах библиотекарши. Микроскопическая реакция — сужение зрачков, едва заметное движение брови.
    «Закрытое предприятие. Мало публичной информации. Но... были пожертвования. Они передали нам часть своего архива год назад. Перед самым закрытием. Коробки с технической документацией. Лежат неразобранные.»

    Кэй почувствовал, как учащается пульс. Пожертвования. Архив.
    «Можно взглянуть?»

    Танака-сан долго смотрела на него, словно взвешивая что-то.
    «Вы не первый, кто спрашивает об этом архиве, — наконец сказала она. — Месяц назад приходил молодой человек. Очень нервный. Спрашивал то же самое. Я показала ему коробки. Он провёл там несколько часов, что-то переписывал. Больше я его не видела.»

    Масару. Это должен был быть он.
    «Что с ним?» — спросил Кэй, стараясь звучать спокойно.

    «Не знаю. Он ушёл и не вернулся. А на следующий день пришли двое других. В дорогих костюмах. Представились аудиторами. Просматривали те же коробки. Очень... тщательно.» В её голосе прозвучала лёгкая неприязнь. «Они что-то забрали. Несколько папок. Сказали — на проверку. Не вернули.»

    Кэй переглянулся с Дзюном. Аудиторы. Значит, те, кто стоит за пивоварней, тоже прочесали этот след. Но, возможно, не всё нашли.

    «Мы могли бы просто посмотреть, что осталось? — попросил Кэй. — Очень важно.»

    Библиотекарша вздохнула.
    «Подвальный этаж. Комната B-7. Полки с серыми коробками. Не трогайте порядок. И... будьте осторожны. Полы там старые.»

    Она протянула ему брелок с ключом. Старомодный, тяжелый.
    «Вернёте на стойку. И... если найдёте что-то важное — копируйте, не забирайте оригиналы. У нас тут и так мало осталось.»

    Часть 2: Комната B-7
    Подвал библиотеки был царством полумрака и сырости. Длинные коридоры с тусклыми лампами, стеллажи, уходящие в темноту. Воздух пах старыми газетами и сырым бетоном.

    Комната B-7 оказалась небольшой кладовкой. На металлических полках стояли картонные коробки с надписями: «Хакотакэ Драфт. Технологические карты. 2018-2020». «Журналы учёта сырья». «Сертификаты качества».

    Дзюн сразу оживился.
    «Босс, смотри — это же схемы! Теплообменники, трубопроводы, система CIP!» Он уже листал папку с чертежами. «Сложная система. Промышленный масштаб. Для крафтовой пивоварни — явно избыточная.»

    Кэй же искал не чертежи. Он искал следы человека. Личные заметки, вклеенные листы, пометки на полях. То, что могли пропустить «аудиторы».

    Он открыл коробку с пометкой «Внутренняя переписка. Техотдел». Большинство документов были скучными: запросы на закупку солода, графики промывки танков. Но в самом низу, под стопкой бланков, он нашёл тетрадь в простом чёрном переплёте. Неофициальную. Личную.

    На первой странице было аккуратным почерком выведено: «Наблюдения. Аномалии в цикле №7». И подпись: «М. А.»

    Сердце Кэя забилось чаще. Он открыл тетрадь.

    Первые страницы были посвящены техническим несоответствиям: колебания pH в готовом продукте, странные осадки в пробах, повышенный расход моющих средств в определённых циклах. Сухие, фактологические записи технолога, который видит, что что-то идёт не так.

    Но дальше тон менялся.

    «...заметил расхождения в объёме промывочных растворов. По данным расхода — уходит на 15% больше. Но концентрация на выходе в норме. Куда девается излишек? Проверил все клапаны, утечек нет. Как будто раствор исчезает в системе...»

    «...разговор с главным инженером Кавамурой. На вопросы о цикле №7 отреагировал нервно. Сказал «не твоё дело». Приказал сосредоточиться на основном производстве. Но цикл №7 — это же и есть основная линия холодного отжима...»

    «...пробрался в серверную. (Прости, но надо). Логи системы управления. Вижу странные команды. В цикле №7, помимо стандартной промывки, запускается дополнительная, скрытая программа. На 23 минуты. В это время перекрываются все датчики давления на участке Х-12. Что происходит в эти 23 минуты?»

    И наконец, последняя запись, датированная за неделю до исчезновения:

    «...установил скрытую камеру. Цикл №7, участок Х-12. Это не промывка. Это ЗАГРУЗКА. Через технический порт, замаскированный под аварийный слив, в систему подаются... мешки. Маленькие, вакуумные. Они идут по «холодным тоннелям» и попадают в зону фасовки, где их автоматически вскрывают и... смешивают с концентратом солодового экстракта? Нет. Не смешивают. Упаковывают отдельно. В пачки, идентичные пачкам с сухим хмелем. Это... Боже. Это не пиво. Это лаборатория. И я держу в руках не просто аномалию. Я держу в руках целую подпольную фабрику. Мне нужны доказательства. Физические. Завтра попробую взять пробу с участка Х-12 во время «тихого цикла». Если что-то случится... эта тетрадь и образец — в надёжном месте. Надеюсь, их найдут те, кому это нужно.»

    На следующей странице была приклеена маленькая пробирка. Пустая. Рядом — цифры, те самые, что были на библиотечной карточке, но с дополнением: «B-7, полка 3, коробка «Сертификаты», папка «Калибровка», стр. 17, маркер.»

    Кэй посмотрел на Дзюна.
    «Нашёл. Он не просто что-то обнаружил. Он зафиксировал целую систему контрабанды. Использовали технологическое оборудование пивоварни как прикрытие.»

    «Что они перевозили?» — спросил Дзюн, бледнея.

    «Не знаю. Но что-то, что можно перевозить в вакуумных мешках, смешивать с пищевыми продуктами или маскировать под них. Дорогое. И очень незаконное.»

    Кэй быстро сфотографировал страницы тетради на телефон. Потом аккуратно положил тетрадь обратно в коробку, но не на прежнее место, а глубже, под другой папкой. Пусть думают, что её здесь нет.

    «Маркер на странице 17, — сказал он. — Ищем папку «Калибровка».»

    Они нашли её в соседней коробке. Внутри были скучные таблицы поверки датчиков температуры и давления. На странице 17, в разделе «Калибровка расходомеров участка Х-12», кто-то аккуратно, почти невидимым карандашом, нарисовал схему. Не технологическую. А архитектурную. План подвалов пивоварни с выделенным маршрутом. Стрелка вела от участка Х-12 по узкому техническому тоннелю к... старой канализационной насосной станции на окраине территории. И пометка: «Аварийный выход. Ключ — магнитная карта. Код доступа меняется. Последний известный: 4491#.»

    «Запасной выход, — прошептал Кэй. — На случай, если основную систему раскроют. Или для вывоза «груза» альтернативным путём.»

    Он сфотографировал и эту схему. В голове складывался пазл. Пивоварня — фасад. «Холодные тоннели» — скрытый конвейер. Сильвия — возможно, транспорт для курьеров или для образцов. Аракава Масару — технолог, который всё понял и попытался действовать. И исчез.

    «Нам нужно уходить, — сказал Дзюн, нервно глядя на дверь. — Кто-то может знать, что мы здесь.»

    Кэй кивнул. Они вернули ключ Танаке-сан. Та молча взяла его, но когда Кэй уже отворачивался, тихо сказала:
    «Тот молодой человек... когда уходил, выглядел очень испуганным. Но он сказал мне одну вещь. «Если спросят — я был здесь вчера. И ничего не нашёл.»»
    Она посмотрела Кэю прямо в глаза.
    «Будьте умнее его. Не ходите туда одни.»

    Часть 3: Тень у выхода
    Они вышли из библиотеки в холодный полуденный свет. Туман рассеялся, но небо оставалось свинцово-серым.

    «Что теперь, босс? — спросил Дзюн, закутываясь в куртку. — Идём в полицию? К инспектору Саэдзиме?»

    Кэй раздумывал. Доказательства были косвенными: фотографии тетради, схема. Без физических образцов, без самой тетради — это лишь слова. А слова технолога против целой системы... Пивоварня уже закрыта. Люди, которые ею управляли, вероятно, давно замели следы.

    «Сначала нужно понять, что они перевозили, — сказал Кэй. — И где теперь этот «груз». Масару взял пробу. Куда он её дел? Он писал — «образец в надёжном месте». Не в библиотеке. И не в машине — её обыскали. Значит, где-то ещё.»

    Он достал телефон, собираясь позвонить Саэдзиме, чтобы сообщить о находке. Но в этот момент его взгляд упал на противоположную сторону улицы.

    У небольшого кофейного киоска стоял мужчина. Обычный вид: кепка, тёмная куртка. Он не пил кофе. Он смотрел в сторону библиотеки. Прямо на них.

    И когда их взгляды встретились, мужчина не отвел глаз. Не испугался, не скрылся. Он просто медленно, очень осознанно, поднял руку к уху, как будто поправляя наушник или говоря по скрытому микрофону. Его губы шевельнулись.

    «Дзюн, — тихо сказал Кэй, не отводя глаз от незнакомца. — Отходим. Спокойно. К машине.»

    Они двинулись к Mark II, припаркованному в полутора кварталах. Кэй не оборачивался, но чувствовал спиной тяжёлый, неотрывный взгляд. Он видел в боковом зеркале ларька отражение: мужчина снял с уха руку и пошёл за ними. Не торопясь. Уверенно.

    «Нас ведут, — сквозь зубы произнёс Дзюн. — Снова.»

    «Не бежим, — приказал Кэй. — Садимся в машину и едем. Обычной скоростью.»

    Они дошли до Mark II, сели. Кэй завёл двигатель, плавно тронулся с места, влился в поток машин. В зеркале заднего вида он увидел, как мужчина в кепке подошёл к краю тротуара и что-то сказал в ладонь. Через минуту из переулка выехал тот самый серый фургон, который они видели у пивоварни.

    «Фургон, — констатировал Дзюн. — Босс, они нас не отпустят.»

    «Посмотрим, — сквозь зубы сказал Кэй. Он знал свои улицы. Знал каждую развилку, каждый узкий переулок. Он был на своей территории. — Пристегнись.»

    Часть 4: Ненужная погоня
    Кэй не стал ускоряться. Он ехал ровно по скорости потока, соблюдая все правила. Фургон держался в двух машинах сзади, не скрываясь.

    «Они хотят, чтобы мы их видели, — понял Кэй. — Запугать. Заставить совершить ошибку. Или вести к месту, где нас будет проще забрать.»

    Он свернул с главной улицы в район мелких оптовых складов. Здесь днём было немноголюдно: грузовики, ворота, редкие пешеходы. Фургон последовал.

    «Дзюн, — сказал Кэй. — Готовь телефон. Набери номер инспектора Саэдзимы. Но не звони. Положи на панель, чтобы был виден экран с номером. И приготовься нажать «вызов», когда я скажу.»

    Дзюн кивнул, пальцы затряслись, но он сделал, как было сказано.

    Кэй увидел впереди то, что искал: узкий проезд между двумя длинными складами, похожий на трубу. Ворота в конце проезда были обычно закрыты, но сегодня... они были приоткрыты. Возможно, разгружали фуру.

    Он сбросил скорость, сделал вид, что ищет место для парковки. Фургон приблизился.

    И тогда Кэй резко вывернул руль и рванул в узкий проезд. Шины взвизгнули. Mark II втиснулся между стенами складов с сантиметровым зазором по зеркалам.

    Фургон, более широкий и высокий, проскочить не мог. Он резко затормозил, заблокировав въезд в проезд. Из кабины выскочили двое: тот, что в кепке, и водитель — крупный мужчина в рабочей одежде.

    Кэй не стал ждать. Он дал по газам, и Mark II вылетел с другой стороны проезда прямо на пустынную площадку для разворота. Но вместо того чтобы выехать на улицу, он резко развернулся и остановился поперёк проезда, блокируя теперь выход.

    Он выключил двигатель. Тишина, нарушаемая только гулом города где-то вдалеке.

    «Дзюн, — тихо сказал Кэй. — Теперь звони.»

    Дзюн нажал кнопку вызова. На громкой связи раздались длинные гудки.

    Из прохода показались двое преследователей. Они шли не спеша, видя, что машина остановилась. Человек в кепке улыбался. У него в руке был не пистолет, а короткая, толстая дубинка-тонфа.

    Первый гудок... второй...

    Кэй открыл дверь и вышел. Он не стал отбегать от машины. Он прислонился к капоту, скрестив руки. Вид у него был спокойный, почти скучающий.

    «Неплохо проехали, — сказал человек в кепке, останавливаясь в пяти метрах. — Но игра окончена. Телефон. И всё, что вы нашли в библиотеке.»

    Третий гудок. И затем — щелчок. Голос из динамика телефона:
    «Саэдзима. Кто это?»

    Человек в кепке перестал улыбаться.

    Кэй наклонился к телефону, лежащему на панели.
    «Инспектор. Это Судзуки. У меня небольшая проблема. Меня пытаются ограбить. Прямо сейчас. Район складов на 5-й промзоне. Рядом со мной двое граждан с дубинками. Можете прислать наряд?»

    В трубке наступила секундная пауза. Потом голос Саэдзимы прозвучал резко и чётко:
    «Не двигайтесь. Не вступайте в конфликт. Удерживайте связь. Полиция уже в пути. Примерно через три минуты.»

    Кэй выпрямился и посмотрел на человека в кепке.
    «Вы слышали? Три минуты. У вас есть выбор: попытаться забрать у нас всё за две и быть пойманными на месте. Или... уйти сейчас. И мы забудем ваши лица.»

    Глаза человека в кепке метнулись к его напарнику, потом к фургону, заблокированному в проходе. Расчетливость боролась с яростью на его лице. У них не было трёх минут. И даже если бы они успели, стрелять или бить при свидетелях и активном звонке в полицию — самоубийство.

    «Глупо, — прошипел он. — Ты просто отсрочил неизбежное.»

    Но он сделал шаг назад. Потом ещё один. Его напарник последовал за ним. Они развернулись и быстрым шагом, почти бегом, скрылись в проходе в обратную сторону. Через минуту послышался звук удаляющегося двигателя — они, видимо, нашли объезд.

    Кэй тяжело выдохнул, почувствовав, как дрожь, которую он сдерживал, вырывается наружу. Он взял телефон.
    «Инспектор? Они ушли.»

    «Я всё слышала, — сухо ответила Саэдзима. — Но патруль всё равно подъедет. Для протокола. И чтобы забрать вас. У меня есть вопросы. Много вопросов. И, судя по всему, у вас есть ответы, которыми вы не спешили поделиться.»

    Часть 5: Обмен информацией
    Участок дорожной полиции был не таким мрачным, как в детективных драмах. Светло, чисто, пахло кофе и бумагой. Кэя и Дзюна разместили в небольшой комнате для допросов, больше похожей на кабинет психолога: стол, стулья, без зерла, но, как Кэй догадывался, камера где-то была.

    Саэдзима вошла с двумя бумажными стаканчиками кофе. Поставила их на стол.
    «Рассказывайте. С начала. И без пропусков.»

    Кэй начал с библиотеки. Показал фотографии тетради на своём телефоне. Рассказал про «цикл №7», про скрытую программу, про вакуумные мешки, маскирующиеся под хмель. Дзюн, оживившись, добавил технические детали о системе CIP и о том, как можно переделать её для скрытой транспортировки.

    Саэдзима слушала молча, делая пометки в блокноте. Её лицо было каменным, но глаза горели сосредоточенным интересом.
    «Физических доказательств нет, — констатировала она, когда они закончили. — Тетрадь осталась в библиотеке. Образец пропал. Схема — лишь схема.»
    «Но есть показания свидетеля — библиотекарши, — добавил Кэй. — Она подтвердит, что к архиву проявляли интерес сначала технолог, потом «аудиторы». И что те что-то забрали.»
    «Это косвенное доказательство. Нужен образец. Нужен доступ к пивоварне. И, желательно, живой свидетель. Масару Аракава.»

    Она откинулась на спинку стула.
    «Я запросила детализацию по пивоварне. Формально — она принадлежала холдингу «Северный ветер». Который, в свою очередь, является дочерней структурой офшорной компании с Каймановых островов. Найти конечных бенефициаров почти невозможно. Директор-номинал — старик, который уже год лежит в больнице с деменцией. Главный инженер Кавамура... уволился за месяц до закрытия и уехал из страны. Выехал легально, в Таиланд. Дальше след теряется.»

    «Значит, система защищена, — сказал Кэй. — И те, кто стоит за ней, готовы защищать её жёстко. Сегодняшняя «встреча» — тому подтверждение.»

    «Почему вы не обратились ко мне сразу после библиотеки?» — спросила Саэдзима, и в её голосе прозвучал упрёк.

    «Потому что я не был уверен, кому можно доверять, — честно ответил Кэй. — Если у них хватило ресурсов запутать следы компании и вывезти ключевых сотрудников, то что мешает им иметь связи в полиции?»

    Саэдзима не стала отрицать эту возможность. Она кивнула.
    «Благоразумие — не порок. Но теперь вы втянули и меня. И мой патруль стал свидетелем попытки нападения на вас. Это уже официальное дело. «Вымогательство с применением силы». И оно связано с делом о пропаже Аракавы.»

    Она встала, подошла к окну.
    «Сейчас мы в патовой ситуации. У них — система, деньги и готовность к насилию. У нас — подозрения, фотографии и один перепуганный свидетель-родственник. И двое гражданских, которые полезли в самое пекло, потому что им стало «интересно».»
    Она обернулась.
    «Вам предлагали уйти. Вы не ушли. Почему?»

    Кэй помолчал.
    «Потому что если я отступлю сейчас, они поймут, что меня можно запугать. И тогда они придут снова. Уже не с дубинками. А чтобы убрать проблему навсегда. Мой гараж, мой бизнес, мой помощник — всё окажется под ударом. Я защищаю не чужого технолога, инспектор. Я защищаю свою территорию.»

    Саэдзима снова кивнула, как будто этот ответ её устраивал.
    «Тогда вот что. Вы становитесь неофициальным консультантом по этому делу. Вы знаете машины, технологии, логистику. Я — процедуры, полномочия и ресурсы. Мы работаем параллельно. Я действую официально: запрашиваю обыск на пивоварне по новым данным, пытаюсь выйти на Кавамуру через Интерпол, ставлю Аракаву-младшего под защиту. Вы... действуете неофициально. С помощью ваших связей на рынке, вашего помощника. Ищите слабые места. Кто поставлял оборудование? Кто обслуживал фургоны? Кто покупал «особый хмель»? Всякая система оставляет мусор. Найдите его.»

    Это было неожиданно. Кэй ожидал выговора, запрета соваться в дело. А получил... предложение о сотрудничестве.
    «А если мы наткнёмся на них снова?»

    «Тогда вы звоните мне. Немедленно. И мы действуем по протоколу. Но до того... вы — мои глаза и уши там, куда полицейская форма не пройдёт.» Она сузила глаза. «Но одно условие: никакой самодеятельности. Никаких погонь, взломов и провокаций. Только сбор информации. Поняли?»

    «Понял, — сказал Кэй. А Дзюн энергично кивнул. — А что с машиной? С Silvia?»

    «Вскрытие кузова началось сегодня утром. Пока ничего не нашли. Но наши техники не такие... креативные, как ваш помощник. Возможно, они ищут не там.» Она посмотрела на Дзюна. «Если бы вы хотели спрятать что-то в машине так, чтобы это не нашли при стандартном осмотре, куда бы вы поместили?»

    Дзюн задумался, его лицо стало сосредоточенным.
    «Не в порогах и не в спойлере — это первое, что проверят. Не в баке — опасно и сложно достать. Идеальное место... полости внутри рамки лобового стекла или заднего стекла. Или... внутри доработанных амортизаторов. Или... в дверях, но не в стандартных карманах, а в специально созданной полости между внешней и внутренней панелью, доступ к которой возможен только при полном снятии обшивки и разрезании внутреннего металла. Если это сделано на профессиональном уровне, при сборке следов не остаётся.»

    Саэдзима записала это.
    «Передам техникам. Спасибо.» Она встала, давая понять, что разговор окончен. «Вас не задерживают. Но будьте на связи. И... Судзуки-сан.»
    Кэй остановился у двери.
    «Да?»

    «Будьте осторожнее, чем сегодня. Эти люди не шутят.»

    Часть 6: Невидимый груз
    Возвращаясь в гараж, они ехали молча. Напряжение постепенно спадало, оставляя после себя пустоту и усталость.

    «Босс, — нарушил тишину Дзюн. — Эта инспектор... она странная. С одной стороны — всё по правилам. С другой — предлагает нам быть её тайными агентами.»

    «Она прагматик, — сказал Кэй. — У неё мало ресурсов и много бюрократии. А у нас есть знания и доступ к местам, куда полиция не сунется. Она использует то, что есть.»

    «А мы? Мы используем её?»

    Кэй улыбнулся.
    «Мы получаем прикрытие. И доступ к официальной информации. Это взаимовыгодное партнёрство.»

    В гараже их ждал сюрприз. На столе лежал конверт. Обычный, белый, без марки и адреса. Кто-то просунул его под дверь.

    Кэй надел перчатки (привычка, выработанная после истории с бутылкой) и вскрыл. Внутри была одна-единственная фотография. Чёрно-белая, распечатанная на простом принтере.

    На ней была запечатлена старая пристань. Один из заброшенных пирсов в дальнем конце порта. На краю пирса стояла фигура в рабочей одежде, неясная, размытая. И подпись внизу: «Он знал, куда течёт вода. И куда она унесла правду.»

    Ни угроз, ни требований. Только намёк.

    «Что это? — прошептал Дзюн. — Приглашение? Ловушка?»

    «Сообщение, — сказал Кэй, изучая фото. — Кто-то хочет, чтобы мы продолжили копать. Но в другом направлении. «Куда течёт вода»... Канализация? Стоки? Холодные тоннели вели к насосной станции. А та, в свою очередь, должна куда-то отводить стоки.»

    Он достал телефон, нашёл в интернете карту канализационной системы промышленной зоны. Старая насосная станция пивоварни была подключена к общему коллектору, который шёл... к очистным сооружениям на окраине города. Но была и старая, заброшенная линия, построенная ещё в шестидесятых. Она вела напрямую к морю. К тому самому заброшенному пирсу.

    «Если ты хочешь что-то смыть навсегда, — медленно проговорил Кэй, — ты сбрасываешь это в море. Но если ты хочешь это перехватить... тебе нужно быть где-то на пути.»

    «Перехватить что?» — спросил Дзюн.

    «То, что они «промывали» в цикле №7. Вакуумные мешки. Если что-то пошло не так, мешок мог порваться. Или его могли сбросить как брак. И это «что-то» попало в стоки. И, возможно, течёт до сих пор где-то в старых трубах. Или осело на дне возле того пирса.»

    Дзюн посмотрел на фотографию, потом на Кэя.
    «Ты думаешь, технолог... Масару... мог попытаться перехватить такой «образец» именно там? И оставить его там, в каком-то тайнике?»

    «Возможно. А те, кто за ним следил, догадались. И разыграли эту карту. Исчезновение. Чтобы все думали, что он сбежал или погиб. А его тело...»

    «...сбросили туда же, куда и отходы производства, — закончил Дзюн. — Боже.»

    «Это лишь версия, — сказал Кэй, но в голосе его звучала уверенность. — Но она логична. И кто-то хочет, чтобы мы это проверили. Прислал нам карту.» Он посмотрел на конверт. «Вопрос — кто? Друг? Или враг, который ведёт нас в ловушку?»

    Он снова посмотрел на фото. Размытая фигура на пирсе... она стояла, повернувшись спиной. Но в позе была какая-то знакомая неуверенность.

    «Дзюн, — сказал Кэй. — Увеличь центральную часть. Лицо невозможно разглядеть, но... посмотри на обувь.»

    Дзюн взял фото, посмотрел на экран телефона, куда Кэй скинул снимок. Увеличил.
    «Кроссовки. Дешёвые. Стёртые. И... на правом — пятно. Как будто краска. Или... ржавчина.»

    «Как у того парня, которого мы спасли от покупки Civic, — тихо сказал Кэй. — Помнишь? У него на кроссовке было похожее пятно. Он оттирал что-то в гараже.»

    «Ты думаешь, это... Аракава? Младший? Но зачем ему слать нам фото самого себя?»

    «Не ему. Кто-то сфотографировал его. Когда он был там. Возможно, в день исчезновения брата. И теперь этот кто-то даёт нам намёк: ищите там. И ищите его.»

    Кэй отложил фото. Голова шла кругом. Слишком много информации, слишком много версий.

    «Завтра, — сказал он. — Завтра мы едем на этот пирс. Но не втроём. Я поеду один. Ты, Дзюн, останешься здесь. Наблюдаешь. Если я не вернусь к определённому времени или не выйду на связь — звонишь Саэдзиме и передаёшь ей все фото, все записи. Всё.»

    «Босс, это же...»

    «Это необходимость. Один человек может пройти незаметно. Два — уже группа. А тебе нужно быть здесь, у пульта управления. На всякий случай.»

    Дзюн хотел возражать, но увидел выражение лица Кэя и сдался.
    «Хорошо. Но... будь осторожен.»

    «Всегда, — сказал Кэй, глядя на фотографию пирса, уходящего в серое море под серым небом. — Всегда.»

    Часть 7: Голоса из прошлого
    Вечером, когда Дзюн ушёл, Кэй остался один. Он не мог уснуть. В голове крутились обрывки фраз из тетради, образы: вакуумные мешки, бегущие по трубам, лицо человека в кепке, холодные глаза Саэдзимы.

    Он сел за компьютер, начал искать всё, что мог, о пирсе. Старые фотографии, упоминания в газетах. Пирс №14. Построен в 1965 году для вывоза лесоматериалов. Пришёл в упадок в 80-х, когда основной порт перенесли. Сейчас официально закрыт, огорожен, но, судя по форумам сталкеров и любителей заброшек, дыры в заборе есть, и там иногда тусуются подростки или рыбаки-одиночки.

    Ничего особенного. Обычная заброшка.

    Но затем он наткнулся на маленькую заметку в архиве местной газеты трёхлетней давности. «Экологическая проверка прибрежных вод». Упоминался пирс №14 как одна из точек забора проб. И было сказано: «...обнаружены аномальные показатели по тяжёлым металлам и органическим соединениям, не характерным для морской воды. Источник загрязнения не установлен. Рекомендовано провести дополнительное исследование подводных коммуникаций».

    Подводные коммуникации. Стоки.

    Кэй сохранил статью. Ещё один кусочек пазла.

    Его телефон вибрировал. Неизвестный номер. Опять.

    Он взял трубку, приготовившись к угрозам.
    Но голос в трубке был другим. Женским. Пожилым. Дрожащим.
    «Это... Судзуки-сан?»

    «Да. Кто это?»

    «Меня зовут Фудзита. Я... я работала уборщицей на пивоварне «Хакотакэ Драфт». До самого закрытия.»

    Кэй выпрямился.
    «Здравствуйте. Почему вы звоните мне?»

    «Мне... мне дали ваш номер. Сказали, что вы ищете правду о том, что там происходило. О Масару-сане.»

    «Кто дал вам номер?»

    «Одна пожилая дама. Из библиотеки. Она сказала, что вы... можете помочь. И что вам можно доверять.»

    Танака-сан. Библиотекарша. Она не ограничилась советами.
    «Что вы можете мне рассказать?»

    Голос на другом конце понизился до шёпота.
    «Я видела... в ночную смену. Я убирала административный корпус. И видела, как в главный кабинет приходили люди. Не наши. В дорогих костюмах. Они спорили с господином Кавамурой. Я случайно подслушала... они говорили о «просрочке», о «потере партии». Кавамура-сан очень нервничал. Потом... потом через несколько дней появился тот молчаливый технолог. Масару-сан. Он всегда был тихим, но тогда... он был как призрак. Бледный. И он носил с собой какой-то маленький чёрный чемоданчик. Не расставался с ним. А однажды я увидела, как он... как он прятал его в вентиляционной шахте в подсобке на первом этаже. Той, что рядом с комнатой отдыха.»

    Кэй затаил дыхание.
    «Вы помните, когда это было?»

    «За неделю. Может, дней за десять до того, как он пропал. А потом... потом пивоварню закрыли. А Кавамура-сан уволился и уехал. А мне сказали — молчи, если дорожишь работой. Но я и так уже на пенсии. А совесть... совесть не даёт покоя.»

    «Этот чемодан... он мог всё ещё быть там?»

    «Не знаю. После закрытия туда много кто ходил. И те люди в костюмах... они тоже обыскивали. Но шахта... она глубокая. И там есть ответвление, которое ведёт к системе вентиляции цеха. Чтобы достать, нужно разобрать решётку и пролезть. Я... я боялась.»

    Кэй быстро соображал. Чемодан технолога. Возможно, с образцами? С документами? С тем самым «физическим доказательством», которого не хватает.
    «Фудзита-сан, вы бы смогли показать мне это место?»

    На другом конце повисла долгая пауза.
    «Я... я боюсь туда возвращаться. Но... я могу нарисовать схему. Точную. И передать вам. Через ту же библиотекаршу. Она знает, как связаться со мной.»

    «Это было бы бесценно. Спасибо.»

    «Только... пожалуйста. Найдите правду. Масару-сан был хорошим человеком. Тихим. Не заслуживал того, что с ним случилось.»

    Она положила трубку.

    Кэй сидел, глядя в стену. Новый путь. Вентиляционная шахта. Возможно, более безопасный, чем пирс. И более вероятный для находки.

    Но что, если это тоже ловушка? Что, если Фудзита-сан... не та, за кого себя выдаёт?

    Он слишком глубоко зашёл, чтобы доверять первому встречному. Но и игнорировать такой шанс нельзя.

    Он написал сообщение Саэдзиме, кратко изложив суть звонка. Не прося помощи, просто ставя в известность. «Получил анонимный звонок от возможной свидетельницы. Упоминает тайник в вентиляции пивоварни. Проверяю. Буду на связи.»

    Через минуту пришёл ответ: «Не иди один. Жди моего звонка завтра утром. Координируем действия.»

    Кэй улыбнулся. Она беспокоится. Или просто хочет контролировать ситуацию.

    Он согласился. «Хорошо. Жду.»

    Теперь у него было два направления: пирс и вентиляционная шахта. И ограниченное время, прежде чем те, кто следит, поймут, что он получил новые нити.

    Он потушил свет в гараже, но не лёг спать. Он сидел в темноте, слушая тихий гул холодильника и далёкий шум города, и думал о том, как тонка грань между любопытством и одержимостью, между желанием помочь и стремлением докопаться до истины любой ценой.

    И о том, что иногда, чтобы починить машину, нужно разобрать её до винтика. Даже если рискуешь уже не собрать обратно.

    Часть 8: Сеть сжимается
    Ночь прошла тревожно. Кэй дремал урывками на раскладушке в углу гаража, просыпаясь от каждого скрипа или шороха с улицы. Его сны были беспокойными, полными преследований по лабиринтам труб и тоннелей.

    Утром, едва рассвело, раздался стук в дверь. Не звонок, а именно стук — тяжёлый, настойчивый.

    Кэй вздрогнул, схватился за монтировку, стоявшую у кровати, и подошёл к двери.
    «Кто там?»

    «Полиция. Откройте.»

    Голос был незнакомый. Не Саэдзима.

    Кэй приоткрыл дверь, оставив цепочку. На пороге стояли двое мужчин в штатском, но с осанкой и взглядом, не оставлявшим сомнений в их профессии. Один постарше, с усталым лицом, другой помоложе, с бесстрастным выражением.

    «Судзуки Кэйтаро?»
    «Да.»
    «Мы из отдела по борьбе с организованной преступностью. Нужно задать вам несколько вопросов. Можно войти?»

    Кэй колебался. Это не было похоже на визит Саэдзимы. Эти люди излучали другую энергетику — не любопытство, а давление.
    «Предъявите удостоверения, пожалуйста.»

    Они показали. Всё выглядело настоящим. Отдел по борьбе с оргпреступностью. Имена: инспектор Мори и сержант Кобаяси.

    Кэй снял цепочку, впустил их. Они вошли, оглядели гараж оценивающим взглядом, как будто составляли опись имущества.
    «Мы ведём расследование, связанное с деятельностью ряда коммерческих предприятий, — начал старший, Мори. — В том числе бывшей пивоварни «Хакотакэ Драфт». Нам стало известно, что вы проявляете к ней активный интерес. И что вчера вы были в городской библиотеке, изучали их архив. Объясните, с чем связан ваш интерес.»

    Кэй почувствовал лёгкое сжатие в груди. Они знают про библиотеку. Значит, либо следили, либо получили информацию от своих источников.
    «Я автодилер. Ко мне обратился родственник бывшего сотрудника пивоварни с просьбой продать автомобиль. В процессе возникли вопросы о происхождении машины. Я решил проверить информацию. Для безопасности сделки.»

    «Автомобиль Nissan Silvia, — сказал младший, Кобаяси, просматривая какие-то записи на планшете. — В настоящее время изъят полицией как вещдок. Вы знали, что эта машина может быть связана с противозаконной деятельностью?»

    «Я заподозрил неладное. Поэтому и обратился в полицию. К инспектору Саэдзиме из дорожного патруля.»

    Имена полицейских из разных отделов, очевидно, не вызвали у них энтузиазма.
    «Инспектор Саэдзима ведёт дело о нападении на вас. Мы же занимаемся более масштабной картиной. Поэтому нам нужна вся информация, которой вы располагаете. Всё, что вы нашли. Фотографии, записи, свидетельства.»

    Тон был не просящим, а требующим.

    «Всю информацию я уже передал инспектору Саэдзиме, — ответил Кэй, сохраняя спокойствие. — Она в курсе. Вы можете запросить у неё.»

    Мори поморщился, как будто услышал что-то неприятное.
    «Мы предпочли бы получить информацию из первых рук. Чтобы избежать... искажений. Дело серьёзное, Судзуки-сан. Речь может идти о контрабанде, отмывании денег. Ваше вмешательство может помешать оперативной разработке.»

    «Я не вмешиваюсь. Я лишь сообщил о своих подозрениях.»

    «Подозрениях, которые привели к тому, что на вас напали, — парировал Кобаяси. — И которые, возможно, спугнули важных свидетелей или позволили преступникам уничтожить улики. Вы понимаете, что ваши действия могли навредить расследованию?»

    Это был классический приём давления: превратить жертву/свидетеля в помеху. Кэй видел такое раньше, когда имел дело со страховыми агентами после спорных ДТП.
    «Я действовал в рамках закона, сообщая о преступлении. Если у вас есть претензии к моим действиям, я готов дать официальные показания в присутствии моего адвоката.»

    Фраза про адвоката заставила их на секунду замолчать. Они обменялись взглядами.
    «Адвокат не понадобится, если вы будете сотрудничать, — смягчил тон Мори. — Мы просто хотим убедиться, что вы не скрываете важных деталей. Например, вы не упомянули о звонке от некой Фудзиты. Бывшей уборщицы.»

    Лёд пробежал по спине Кэя. Они прослушивают его телефон? Или у них есть доступ к оператору? Или... Саэдзима доложила наверх, и информация утекла?

    «Звонок был. Я уже сообщил о нём инспектору Саэдзиме. Она сказала координировать дальнейшие действия с ней.»

    «Инспектор Саэдзима больше не отвечает за этот аспект дела, — холодно сказал Мори. — Расследование передано в наш отдел. Поэтому с этого момента все контакты, все информация — через нас. Понятно?»

    Кэй кивнул, не говоря ни слова. Он не верил им. Слишком уж вовремя они появились. Слишком уж хотели забрать всё в свои руки.

    «Мы заберём ваш телефон и компьютер для экспертизы, — заявил Кобаяси. — На предмет извлечения всей переписки и файлов, связанных с делом.»

    «На каком основании? — спокойно спросил Кэй. — У вас есть ордер?»

    Мори вынул из внутреннего кармана сложенный лист бумаги. Официальный ордер на изъятие электронных носителей. Подписи, печати. Всё как положено.

    Кэй понял, что сопротивляться бесполезно. Они подготовились.
    «Хорошо. Но я требую составления подробной описи изъятого в моём присутствии.»

    «Конечно, — сказал Мори без эмоций. — Сержант?»

    Кобаяси начал упаковывать ноутбук Кэя в специальный пакет, затем протянул руку за телефоном. Кэй отдал. Он знал, что у них ничего не найдёть — все важные фото и записи он сбросил в зашифрованное облако, доступ к которому был только у него и Дзюна. А сам телефон был чист после вчерашнего разговора с Саэдзимой.

    Но сам факт изъятия говорил о многом. Его отрезали от информации. И пытались изолировать.

    После того как они составили опись и ушли, Кэй остался в гараже, чувствуя себя странно опустошённым. Компьютера не было, телефона не было. Он был отрезан от мира.

    Но не совсем. У него был старый резервный телефон-раскладушка, который он держал на случай поломки основного. Лежал в сейфе. И там же — распечатанные копии самых важных фото и схем. Старая школа.

    Он достал его, вставил сим-карту от старого тарифа. Первым делом попытался дозвониться до Саэдзимы. Её номер не отвечал. Перебрасывался на голосовую почту.

    Он позвонил Дзюну.
    «Босс? Что случилось? Ты звонишь с неизвестного номера.»
    «Мой основной телефон изъяли. Слушай внимательно. Ко мне пришли из отдела по борьбе с оргпреступностью. Дело, по их словам, передано им. Саэдзима, возможно, отстранена. Они забрали комп и телефон.»

    На другом конце повисло молчание.
    «Это... плохо?»
    «Не знаю. Может, это стандартная процедура при передаче дела. А может... кто-то хочет замять всё, пока мы не докопались до сути. В любом случае, мы теперь действуем в тени. У тебя есть копии всего?»
    «Да, у меня всё в облаке и на внешнем диске. Зашифровано.»
    «Хорошо. Держись на связи через этот номер. И будь готов к тому, что к тебе тоже могут прийти. Если придут — сотрудничай, но не говори ничего о наших догадках про пирс и вентиляцию. Говори только то, что уже известно полиции через Саэдзиму.»
    «Понял. А что будем делать?»
    «Я пока не знаю. Жду. И думаю.»

    Он положил трубку. Оставалось ждать звонка от Саэдзимы. Или... от кого-то ещё.

    Звонок раздался через час. Снова неизвестный номер.
    «Судзуки-сан. Это Саэдзима. Говорите с безопасного телефона?»
    «Да. Что происходит? Ко мне пришли из вашего отдела. Сказали, дело передано.»
    «Это не «мой» отдел, — в её голосе прозвучало раздражение. — И дело никто не передавал. По крайней мере, официально, через моего начальника. Ордер они, видимо, получили на другом уровне.»
    «Значит, они самозванцы?»
    «Нет, они настоящие копы. Но... возможно, они работают на кого-то, кто хочет контролировать расследование. Или похоронить его. Я пытаюсь выяснить. Но мои запросы тормозят.»
    «Что мне делать?»
    «Ничего. Не лезьте пока никуда. Особенно на пивоварню или пирс. Если это инсайдерская операция, там могут быть свои люди. Вы будете как на ладони.»
    «А свидетельница? Фудзита?»
    «Я уже отправила к ней патруль. Но... её квартира пуста. Соседи говорят, что её забрала скорая помощь ночью. По вызову. Но в больницах её нет.»
    Кэй почувствовал, как холодеет внутри.
    «Её убрали.»
    «Возможно. Или запугали до такой степени, что она сама сбежала. В любом случае, этот след оборвался. Слушайте, Судзуки-сан. Ситуация стала опасной. Для вас. Я рекомендую вам на время уехать из города. Взять отпуск.»
    «А мой бизнес? Гараж?»
    «Он подождёт. Жизнь дороже.»
    «А вы?»
    «Я полицейский. У меня есть защита. А вы — гражданский, который оказался не в том месте и не в то время. Уезжайте. Хотя бы на неделю.»
    Кэй помолчал.
    «Хорошо. Я подумаю.»

    Он положил трубку. Уехать? Бежать? Это было не в его стиле. Но и лезть на рожон, когда противник имеет влияние в полиции — самоубийство.

    Он подошёл к сейфу, достал папку с распечатками. Фото тетради, схема тоннелей, фото пирса. Он разложил их на столе, пытаясь найти связь, которую упустил.

    И его взгляд упал на подпись под фото пирса: «Он знал, куда течёт вода. И куда она унесла правду.»

    Куда течёт вода... Вода из пивоварни текла в море. Но прежде чем попасть в море, она проходила через очистные сооружения. Или через старый коллектор.

    А что, если... правда не в воде? А в том, что вода уносит? Что если образцы, доказательства, были не спрятаны, а... отправлены по течению? В водонепроницаемых контейнерах? Чтобы их подобрали в определённом месте?

    Это было безумием. Но в контексте высокотехнологичной контрабанды через пивоваренную систему — не таким уж и безумным.

    Он посмотрел на схему канализации. Старый коллектор имел несколько технических люков-ревизий на пути к морю. Один из них был как раз под тем самым заброшенным пирсом.

    Идея оформилась мгновенно. Что если Масару не прятал чемодан в вентиляции? Что если он опустил его в коллектор через ревизионный люк? Чтобы вода унесла его в безопасное место? Или чтобы кто-то подобрал ниже по течению?

    Но для этого нужен был сообщник. Тот, кто подобрал бы «груз».

    Кэй вспомнил фигуру на фото. Аракава-младший на пирсе. Он смотрел не в море. Он смотрел на... люк? Или на что-то под ногами?

    Возможно, он не прятался. Возможно, он ждал. Ждал, когда вода принесёт ему то, что оставил брат. И, возможно, дождался. И именно поэтому его потом так жаждали найти те, кто охотился за доказательствами.

    Но тогда где теперь этот «груз»? У Аракавы? Но его же обыскали при задержании. Или... он успел перепрятать?

    Кэй почувствовал, как в голове щёлкнуло. Библиотека. Код на карточке. Что если это не просто указание на книгу? Что если это... номер ячейки? Не в библиотеке, а в другом месте? На вокзале? В аэропорту?

    Он схватил распечатку с цифрами. 4491#. Это мог быть код от камеры хранения. Стандартный четырехзначный код и символ решётки.

    Вокзал Хакотакэ. Автоматические камеры хранения. Многие из них используют именно такие коды.

    Если Масару отправил «груз» по воде к пирсу, где его ждал брат... то брат мог перепрятать его в самом очевидном и самом анонимном месте — в камере хранения на вокзале. А ключ или код... оставить в библиотеке, в книге, которую найдёт тот, кто сможет расшифровать его записи.

    Это была цепочка. Длинная, сложная, но логичная.

    Кэй посмотрел на часы. Ему нужно было проверить эту теорию. И нужно было это сделать сейчас, пока те, кто следит, думают, что он нейтрализован и напуган.

    Он взял старую бейсболку, накинул куртку, вышел из гаража через чёрный ход. Mark II был на виду, его могли отслеживать. Поэтому он пошёл пешком до ближайшей станции метро, сел на поезд, идущий в центр.

    Он чувствовал себя как в детективном романе, но это была его реальность. Реальность, в которой цена ошибки могла быть очень высока.

    Он ехал, глядя в окно на мелькающие в темноте тоннеля огни, и думал о том, что иногда, чтобы найти правду, нужно не бежать за ней, а понять, как она течёт. Как вода.

    А вода, как известно, всегда находит путь.

    КОНЕЦ ГЛАВЫ 3

     

    Книга «Стальной Навигатор»
    Глава 4: Код и последствия
    Часть 1: Станция «Центральная-Северная»
    Вокзал Хакотакэ не был грандиозным транспортным узлом. Он был функциональным, слегка обшарпанным зданием эпохи экономического бума, которое теперь жило за счёт пригородных электричек и редких междугородних автобусов. В воздухе витал запах жареной лапши из закусочных, пота и дезинфицирующего средства.

    Кэй, в бейсболке и простой куртке, растворился в толпе пассажиров с рюкзаками и чемоданами на колёсиках. Его руки были засунуты в карманы, в правом — смятый листок с кодом «4491#». В левом — старый телефон-раскладушка.

    Он прошёл мимо рядов автоматов с билетами, миновал зал ожидания с потёртыми пластиковыми креслами и вышел в коридор, где располагались ряды автоматических камер хранения. Современные, с сенсорными экранами и светодиодной подсветкой. И старые, ещё те, что с механическими ячейками и бумажными квитанциями. Именно их искал Кэй.

    Он знал, что цифровой код с решёткой — это признак системы прошлого поколения. И он нашёл их в самом конце коридора, в тупике, возле запертой двери служебного помещения. Шесть рядов по двадцать ячеек в каждом. Серые металлические дверцы с цифровыми панелями.

    Кэй остановился перед ними, делая вид, что ищет что-то в кармане. Он огляделся по сторонам. Никто не обращал на него внимания. Камера наблюдения под потолком была направлена в другую сторону, её объектив заляпан пылью.

    Он подошёл к ячейке 4491. Панель была простой: десять цифр, кнопка «#» и кнопка «*». Он набрал код: 4... 4... 9... 1... #

    Раздался сухой щелчок электромагнита. Дверца ячейки, размером примерно с обувную коробку, отперлась на сантиметр.

    Кэй почувствовал, как учащается сердцебиение. Он приоткрыл дверцу.

    Внутри лежал не чемодан. Даже не пакет. Лежал герметичный пластиковый контейнер из непрозрачного белого пластика, похожий на те, что используют для хранения лабораторных образцов или химикатов. На крышке была наклеена простая этикетка с напечатанным штрих-кодом и надписью от руки: «Цикл №7. Промывка 23.10.2023. Образец А».

    Аккуратный, точный почерк Масару Аракавы.

    Кэй быстро вынул контейнер. Он был лёгким. Закрыл дверцу ячейки — она заблокировалась снова. Контейнер он сунул во внутренний карман куртки, который застёгивался на молнию. Груз легонько ударил его в ребро.

    Имею, — пронеслось в голове. Физическое доказательство. То, за чем охотились все.

    Теперь нужно было уйти. Быстро и незаметно.

    Он повернулся, чтобы идти обратно к выходу, и замер.

    В конце коридора, у входа в зал ожидания, стояли двое. Один — человек в кепке, тот самый, что преследовал их у складов. Второй — его напарник, крупный, в рабочей одежде. Они не смотрели прямо на Кэя, они изучали расписание на стене. Но их позы были слишком напряжёнными, а взгляды слишком часто скользили в его сторону.

    Они знали. Или догадались.

    Кэй медленно развернулся и пошёл не к выходу, а глубже в тупик, к запертой служебной двери. Он сделал вид, что ищет туалет, потыкал пальцем в табличку с надписью «Персонал», пожал плечами. Из угла глаза он видел, как двое мужчин начали медленно двигаться в его сторону, разделившись: один пошёл по левой стороне коридора, другой остался у выхода, блокируя путь.

    Тупик. Буквально.

    Кэй упёрся спиной в холодную металлическую дверь. Слева — стена. Справа — стена с камерами хранения. Впереди — двое, медленно сжимающие клещи.

    Он потянул ручку служебной двери. Заперто. Отчаяние, холодное и острое, кольнуло под ложечкой.

    И тут его взгляд упал на потолок. Старая решётка вентиляции, крепившаяся на четыре защёлки. Одна из них была сломана.

    Человек в кепке был уже в десяти метрах. Он улыбался, но в глазах не было ни веселья, ни даже злобы. Только холодная, профессиональная решимость.

    Кэй не раздумывал. Он вскочил на ближайшую камеру хранения (металл прогнулся под его весом с тревожным скрипом), потом — на следующую, выше. Его пальцы вцепились в решётку вентиляции. Он дёрнул. Защёлки, проржавевшие от времени, сдали почти без сопротивления. Решётка отвалилась, открыв чёрный квадрат шахты.

    «Эй!» — крикнул человек в кепке, ускорив шаг.

    Кэй втянулся в отверстие, почувствовав, как острые края металла рвут куртку. Он оказался в узком, пыльном пространстве. Впереди — темнота и слабый поток воздуха. Сзади — крики и звук бегущих ног.

    Он пополз вперёд, наощупь, сжимая в руке телефон. Где-то впереди должен быть выход, ревизионный люк, что-то...

    За его спиной раздался скрежет. Кто-то попытался влезть в шахту за ним. Но тот был шире, ему было тесно.

    «Выход есть с другой стороны! Обходи!» — донёсся приглушённый крик.

    Кэй полз, задыхаясь от пыли. Его колени и ладони скользили по слою многолетней грязи. Через двадцать метров туннель разделился. Один путь вёл вверх, другой — вниз под крутым углом. Кэй выбрал нижний. Он вёл, как ему показалось, в сторону технических помещений.

    Он сползал по наклонной плоскости, почти падая, и вывалился в небольшое помещение, заваленное старыми картонными коробками и сломанными стульями. В стене была ещё одна решётка, ведущая в обычный вентиляционный канал. А рядом — дверь. Обычная дверь, с простой ручкой.

    Кэй встал, отряхнулся, прислушался. За дверью — гул механизмов, звук воды. Котельная? Подсобка?

    Он открыл дверь и оказался в узком техническом коридоре, освещённом тусклыми лампами. В конце его виднелась ещё одна дверь с надписью «Выход на платформу 4».

    Он побежал. Через плечо видел, как в дальнем конце коридора открывается дверь, из которой выскакивает крупный напарник, запыхавшийся. Они его нашли.

    Кэй вылетел на платформу №4. Здесь было почти безлюдно — ждала какая-то местная электричка. Он прыгнул в первый вагон как раз в момент, когда раздался предупреждающий звонок, и двери начали закрываться.

    Через стекло он увидел, как его преследователь выбегает на платформу, но электричка уже тронулась. Мужчина остановился, сжал кулаки, потом достал телефон.

    Кэй отдышался, прислонившись к стеклу. Контейнер в кармане давил на рёбра. Он достал его, осмотрел. Герметичный. Неповреждённый.

    Что же ты внутри, образец А?

    Часть 2: Образец
    Кэй проехал три остановки, вышел в спальном районе и зашёл в первую попавшуюся сетевую кофейню. Заказал самый дешёвый кофе, занял столик в углу у стены и достал контейнер.

    Он весил граммов триста. Крышка была защёлкнута на четырёх пластиковых защёлках и дополнительно обмотана по периметру прозрачным скотчем. Кэй осторожно снял скотч ногтем и открыл защёлки.

    Внутри, в прозрачном полиэтиленовом пакете с zip-замком, лежал светло-бежевый порошок, похожий на мелкий песок или муку высшего сорта. Ни запаха, ни особой текстуры. Рядом с пакетом лежала сложенная в несколько раз бумажка. Кэй развернул её.

    Это была распечатка спектрограммы — результата химического анализа. Пики и провалы, подписи на латыни и английском: «C21H23NO5... примеси... алкалоидный профиль соответствует...» И вывод, напечатанный жирным шрифтом: «Синтетический опиоид, производное фентанила. Чистота ~94%. Нет аналогов в базах данных.»

    Под выводом от руки было приписано: ««Северный коктейль». Новая формула. В 50 раз сильнее героина. Растворим в воде и спирте. Предназначен для... растворения в пивном сусле с последующим выделением? Или для транспортировки в сухом виде? Масару. 24.10.»

    Кэй медленно выдохнул. Всё вставало на свои места. Не контрабанда драгоценностей или оружия. Наркотики. Синтетические, сверхмощные, новые. Производство, замаскированное под пивоварню. «Холодные тоннели» для транспортировки сырья и готового продукта. Silvia — возможно, для перевозки образцов или денег.

    И технолог, который обнаружил это и попытался собрать улики. Он взял образец, сделал анализ, спрятал результаты. И поплатился за это.

    Кэй снова запаковал порошок в контейнер. Эта маленькая коробочка была теперь динамитной шашкой. Она могла взорвать всё дело. И могла взорвать того, кто её держит.

    Его старый телефон завибрировал. Неизвестный номер.
    «Судзуки. Говорите.» — его голос был хриплым от пыли.
    «Это Дзюн. Босс, ты где? У меня плохие новости.»
    «Какие?»
    «К гаражу приехали те же двое, что были у тебя. Мори и Кобаяси. С ордером на обыск. Рылись во всём. Забрали мой ноутбук, внешние диски. Сказали — на экспертизу. Я им отдал пустышки — основные данные в облаке, они не добрались. Но они... они спросили про тебя. Где ты можешь быть. Я сказал, что не знаю. Они не поверили. Оставили мне бумажку — явиться для допроса завтра утром.»

    Кэй сжал кулак. Давление усиливалось.
    «Хорошо. Ты молодец. Держись. Я скоро буду. И... приготовь кое-что. Нам нужно будет провести собственный анализ этого порошка. Без привлечения официальных лабораторий.»
    «Анализ? Босс, ты что-то нашёл?»
    «Нашёл. То, из-за чего всё началось. Готовь оборудование. Только никому ни слова.»
    «Понял.»

    Кэй положил трубку. Теперь у него был выбор: отнести образец Саэдзиме, надеясь, что она ещё не в сговоре с Мори, или действовать самостоятельно. Но самостоятельные действия с наркотиками, особенно с такими, — это уже серьёзная статья. Он мог стать не свидетелем, а подозреваемым.

    Он позвонил Саэдзиме. Снова голосовая почта. Он оставил сообщение: «Инспектор, это Судзуки. У меня есть физическое доказательство по делу Аракавы. Образец вещества. Нужна встреча в безопасном месте. Жду вашего звонка.»

    Он положил телефон и допил остывший кофе. Время работало против него. Те, кто охотился за образцом, теперь знали, что он у него. И будут действовать без церемоний.

    Часть 3: Серая зона
    Добраться до гаража, не будучи замеченным, оказалось задачей со звёздочкой. Кэй вышел из кофейни, купил в ближайшем комбини дешёвую бейсболку другого цвета и солнечные очки, сел на автобус, идущий в противоположную от гаража сторону, сделал две пересадки и только потом, пешком, через задние дворы, вышел к «Судзуки Шаттл».

    Гараж выглядел так, будто через него прошёл ураган. Ящики вывернуты, инструменты разбросаны, даже старый холодильник сдвинут с места. Дзюн сидел на перевёрнутом ведре, чинил какой-то прибор.
    «Обыск по всем правилам, — мрачно сказал он. — Составляли протокол. Но рылись так, будто искали не улики, а конкретные вещи. Спрашивали про «носители данных», про «образцы». Я делал вид, что не понимаю.»
    «Молодец, — Кэй похлопал его по плечу. — Что по поводу анализа?»
    Дзюн оживился.
    «У меня есть знакомый. Вернее, знакомый знакомого. Химик-энтузиаст. Работает в колледже лаборантом. У него дома небольшая лаборатория — для хобби. Он делает анализ воды, почвы для садоводов-любителей. Но оборудование у него хорошее. Спектрофотометр самодельный, но точный. И он... дисциплинирован. Не болтает.»
    «Доверяешь ему?»
    «Он одержим точностью. И ненавидит, когда науку используют во зло. Если мы скажем, что это может быть связано с экологическим преступлением... он поможет.»
    «Хорошо. Договорись о встрече. Только максимально осторожно. И нам нужен не просто качественный анализ — «да, это опиоид». Нам нужны детали. Примеси, следы производства, что-то, что можно привязать к конкретному месту или процессу.»
    «Понял. Я свяжусь.»

    Кэй спрятал контейнер в потайное место — в полую ножку старого верстака, которую он сам когда-то оборудовал съёмной заглушкой. Пока обыск не коснулся её.

    Его телефон снова зазвоил. На этот раз — Саэдзима.
    «Судзуки. Где вы?» — её голос звучал устало.
    «В гараже. Меня обыскали. Забрали всё.»
    «Я знаю. Мори действует по всем правилам, но слишком уж целеустремлённо. У меня нет полномочий его остановить. Мой начальник получил звонок сверху — «не мешать оперативной разработке».»
    «Значит, у них прикрытие на самом верху.»
    «Похоже на то. Что за образец?»
    Кэй вкратце описал находку.
    На другом конце повисло тяжёлое молчание.
    «Синтетический опиоид. Новая формула. Это... это уже не местная мафия. Это transnational. Межрегиональное, как минимум. Возможно, с выходом за границу. Пивоварня была лишь одним из узлов.»
    «Что мне делать с образцом?»
    «Ничего. Не трогайте его. И никому не показывайте. Особенно не пытайтесь анализировать самостоятельно. Если это новая формула, её следы могут быть опасны. И это уже дело наркоконтроля, а не дорожной полиции. Мне нужно... мне нужно подумать, как действовать легально, не попадая под действие Мори.»
    «Инспектор, они уже убили одного технолога. И, возможно, уборщицу. Они не остановятся перед тем, чтобы убрать меня. И, возможно, вас.»
    «Я осознаю риски. Поэтому действуем осторожно. Вы остаётесь в гараже?»
    «Пока да.»
    «Укрепите дверь. Не открывайте никому, кроме меня. Я позвоню завтра утром. У меня есть идея, как вытащить это дело на свет, минуя Мори. Но нужно время.»
    «Хорошо. Я буду ждать.»

    Кэй положил трубку. Он чувствовал себя как в клетке. Сидеть и ждать — не его стиль. Но и лезть напролом сейчас — верная смерть.

    Дзюн, закончив ковыряться в приборе, подошёл к нему.
    «Босс. Я связался с химиком. Он согласен. Но только если мы предоставим полную информацию о происхождении образца. Он не хочет вляпываться в историю с наркотиками.»
    «Скажи ему, что это связано с промышленным загрязнением. С выбросами неизвестного химиката, от которого пострадал человек. Это будет близко к правде. И не ложь.»
    «Хорошо. Он ждёт нас сегодня после девяти вечера. У него дома. Дал адрес.»
    «Отлично. Готовься. Мы поедем.»

    Вечер сгущался над Хакотакэ. В гараже стало темно, но Кэй не спешил включать свет. Он сидел в темноте, слушая, как Дзюн копошится с оборудованием, и думал о цепочке, которая привела его сюда. Одна машина. Один нервный клиент. И вот он сидит с образцом наркотика, за которым охотится полиция с двойным дном и наёмники в кепках.

    Его старый телефон снова завибрировал. Неизвестный номер. Опять.
    «Да?»
    «Судзуки-сан.» Голос был изменён, электронно, но интонации... женские? Или высокий мужской? Сложно сказать. «Вы получили подарок с вокзала. Поздравляю.»
    «Кто это?»
    «Друг. Или, скорее, союзник по несчастью. Мы заинтересованы в том, чтобы правда о «Северном коктейле» всплыла. Но не вся правда. Есть определённые... детали, которые должны остаться в тени.»
    «Какие детали?»
    «Имена. Имена тех, кто финансировал производство на начальном этапе. Если эти имена всплывут, пострадают невинные люди. И расследование зайдёт в тупик, потому что те, кто действительно стоит за всем этим, уйдут в тень.»
    Кэй рассмеялся, коротко и жёстко.
    «Вы хотите, чтобы я помог вам замести следы?»
    «Мы хотим, чтобы вы направили расследование в нужное русло. На производство. На логистику. На тех, кто непосредственно руководил процессом. Не копайте выше. Это опасно. Для вас. И для тех, кого вы, возможно, хотите защитить.»
    «Вы угрожаете?»
    «Мы предупреждаем. У вас есть образец. Отнесите его инспектору Саэдзиме. Но убедите её, что цепочка обрывается на Кавамуре и ему подобных. Не пытайтесь искать владельцев офшоров. Это бесполезно и смертельно.»
    «А если я не послушаюсь?»
    «Тогда мы не сможем вас защитить. И те, кто охотится за образцом, доберутся до вас. У них больше ресурсов. И меньше сомнений. Подумайте. У вас есть до утра.»
    Звонок оборвался.

    Кэй опустил телефон. Всё стало ещё сложнее. Появилась третья сторона. Те, кто знает правду, но хочет её фильтровать. Возможно, конкуренты? Или какие-то участники схемы, которые хотят свалить всё на других и выйти сухими из воды?

    Он посмотрел на Дзюна, который смотрел на него с беспокойством.
    «Босс?»
    «Ничего, Дзюн. Просто очередной доброжелатель с советами. Готовься к выезду. Нам нужно успеть до того, как начнётся настоящая охота.»

    Часть 4: Домашняя лаборатория
    Химик-энтузиаст, представившийся как Юки-сан, жил в скромной двухкомнатной квартире в панельном доме на окраине. В гостиной вместо телевизора стояли стеллажи с колбами, пробирками и приборами. Пахло растворителями и озоном.

    Юки-сан был мужчиной лет пятидесяти, худым, с всклокоченными седыми волосами и горящими глазами фанатика.
    «Дзюн говорил о загрязнении, — сказал он, не глядя на Кэя, настраивая спектрофотометр. — Но по описанию... это похоже на органический синтез высокой чистоты. Промышленные выбросы так не выглядят.»
    «Это может быть связано с незаконным производством, — честно сказал Кэй. — Люди пострадали. Мы хотим понять, что это и откуда. Чтобы остановить это.»
    Юки-сан наконец посмотрел на него.
    «Я не хочу проблем с законом.»
    «И мы тоже. Поэтому мы здесь, а не в полиции. Полиция... может быть, не вся заинтересована в правде.»
    Химик что-то понял по выражению лиц своих гостей. Он кивнул.
    «Хорошо. Давайте образец. Минимальное количество. Миллиграмма хватит.»

    Кэй отдал ему контейнер. Юки-сан в стерильных перчатках, под вытяжкой, сделанной из кухонной вытяжки и пластиковых труб, аккуратно взял щепотку порошка и поместил его в прибор. Процесс занял около часа. Дзюн с интересом наблюдал за каждым движением, иногда задавая технические вопросы.

    Наконец, на экране ноутбука, подключённого к прибору, появились графики и таблицы.
    «Да, — пробормотал Юки-сан. — Опиоидная структура. Модифицированная. Очень интересно... смотрите на эти пики. Это следы катализатора. Платино-родиевый катализатор, специфический. Используется в тонком органическом синтезе, обычно в лабораторных условиях, для реакций гидрирования. Промышленно — очень дорого.»
    «Значит, производство было небольшим, но технологичным, — сказал Дзюн. — Не кустарным.»
    «Именно. И ещё... вот эти примеси. Следы силиконового масла. Используется в вакуумных насосах. И... микроследы цеолита. Адсорбента. Используется для очистки и осушки растворителей.»
    Он продолжал комментировать, выявляя всё новые детали: следы определённого пластификатора (из определённой марки пластиковых трубок), остатки моющего средства (промышленного, для CIP-систем), и, что самое интересное, — следы спор специфического дрожжевого грибка, используемого в пивоварении.

    «Это производилось в месте, которое одновременно связано с химическим синтезом и с пивоварением, — заключил Юки-сан. — Или, что более вероятно, химическое производство было замаскировано под пивоварню. Оборудование частично общее, отсюда перекрёстное загрязнение.»
    «Можно ли по этим данным определить конкретное место?» — спросил Кэй.
    «Если бы у меня была база данных по всем промышленным моющим средствам и катализаторам в регионе... возможно. Но у меня её нет. Полиция или службы экологического контроля — могут иметь.»
    «Но вы можете дать письменное заключение? Со всеми этими деталями?»
    «Могу. Но оно не будет иметь юридической силы. Я же не сертифицированная лаборатория.»
    «Нам и не нужно юридической силы. Нужна дорожная карта. Чтобы знать, куда смотреть.»
    «Хорошо. Я подготовлю. Завтра утром.»
    Кэй забрал контейнер, поблагодарил и они с Дзюном уехали.

    По дороге в гараж Кэй размышлял. Катализатор. Вакуумные насосы. Система CIP. Всё сходилось с пивоварней. Но для полной картины не хватало одного: куда шёл готовый продукт? Как его распределяли?

    И тут его осенило. Silvia. Не для перевозки крупных партий. Для чего-то другого. Может, для перевозки проб? Или для расчётов с курьерами? Или... для демонстрации образца покупателям?

    Он вспомнил вибрацию машины. Двойное дно. Возможно, там прятали не наркотики, а что-то другое. Деньги? Документы? Или... устройство, регистрирующее встречи, разговоры?

    Масару был технологом. Он мог установить в машину брата что-то вроде самодельного жучка или трекера. Чтобы знать, куда ездит брат, с кем встречается. И, возможно, собрать доказательства против тех, кто стоял за пивоварней.

    Но брат испугался. И попытался продать машину, чтобы избавиться от улик. Не понимая, что сами улики не в машине, а в том, что она записала. И что за машиной уже следят.

    Теперь эта машина в полицейском гараже. И если там действительно есть какое-то записывающее устройство, то его могут найти. Или уже нашли. Или уничтожили.

    Кэю нужно было попасть в полицейский гараж. Но как?

    Часть 5: Приглашение от врага
    Утро началось с грома. Не с неба, а от удара в дверь гаража. Кэй проснулся на раскладушке, схватился за монтировку. Дзюн, спавший на капоте разобранного минивэна, съехал на пол.

    Снаружи раздался голос:
    «Судзуки! Открывай! Полиция!»

    Кэй подошёл к двери, выглянул в глазок. На пороге стоял инспектор Мори. Один. Без своего сержанта. Выглядел он усталым и раздражённым.
    «Открываю, — сказал Кэй, отодвигая засовы. — Что случилось?»

    Мори вошёл, окинул взглядом беспорядок.
    «Вы игнорировали вызов на допрос.»
    «Меня не было. И телефон у меня изъяли, вы же сами. Как я должен был узнать?»
    «Не умничай. У нас есть информация, что вчера вечером вы посещали квартиру некоего Юкихиро Танаки, химика-любителя. И передали ему на анализ запрещённое вещество. Это серьёзное обвинение, Судзуки.»
    Кэй почувствовал, как по спине пробежал холодок. Они следили. Очень плотно.
    «Мы консультировались по вопросу возможного химического загрязнения. В связи с делом о пропавшем технологе.»
    «Загрязнения, — усмехнулся Мори. — У нас есть снимки. Вы передавали ему контейнер. И мы знаем, что это за контейнер. Тот самый, что пропал из камеры хранения на вокзале. Кража имущества, являющегося вещдоком. Хранение наркотических веществ. Вы понимаете, что вам светит?»
    Кэй молчал. Ловушка захлопывалась.
    «Но, — продолжил Мори, — у меня есть предложение. Вы сотрудничаете. Официально даёте показания, что нашли этот контейнер и по собственной инициативе передали его нам для экспертизы. Мы оформляем это как вашу помощь следствию. И все обвинения снимаются. Более того, вы получите вознаграждение как добропорядочный гражданин.»
    «А что насчёт настоящих преступников? Тех, кто стоит за пивоварней?»
    «Мы их найдём. С вашей помощью или без. Но с вашей помощью — быстрее. И вам будет безопаснее.»
    «А что я должен сделать?»
    «Признать, что все ваши предыдущие действия — самодеятельность, вызванная желанием помочь. Передать нам все имеющиеся у вас данные, включая результаты вчерашнего «анализа». И прекратить любые контакты с инспектором Саэдзимой. Её дело — нападение на вас. Оно закрыто за отсутствием состава. Пивоварня и наркотики — теперь наше дело.»
    Кэй понял. Его хотят нейтрализовать как независимого игрока. И вывести Саэдзиму из игры. А «данные», которые он передаст, они, скорее всего, «потеряют» или подкорректируют.
    «А если я откажусь?»
    Мори вздохнул.
    «Тогда я буду вынужден задержать вас прямо сейчас по подозрению в хранении и попытке сбыта наркотиков. Образец у вас, мы это знаем. Свидетель есть. Вы проведёте ночь в камере. А завтра к вам придут с ордером на обыск и найдут... ну, скажем, ещё немного этого порошка. В таком количестве, что «помощь следствию» уже не прокатит. Вы понимаете?»

    Да, Кэй понимал. Это был ультиматум. Сотрудничать и стать марионеткой в их игре. Или сесть.
    «Мне нужно время подумать, — сказал он. — До конца дня.»
    Мори покачал головой.
    «До полудня. В двенадцать я буду здесь с нарядом. Или для оформления передачи доказательств. Или для вашего задержания. Выбирайте.»
    Он развернулся и ушёл.

    Дзюн, бледный, подошёл к Кэю.
    «Босс...»
    «Собирай самое необходимое, Дзюн. Документы, деньги, резервные копии данных. Нас здесь не будет к полудню.»
    «Куда мы поедем?»
    «Пока не знаю. Но оставаться здесь — самоубийство.»
    Кэй взял свой старый телефон, набрал номер Саэдзимы. Опять голосовая почта. Он оставил короткое сообщение: «Мори поставил ультиматум. Полдень. Мы уходим. Если можете помочь — скажите, где встретиться.»
    Он положил телефон и начал собирать вещи. Контейнер с образцом он взял с собой. Это была его единственная карта. Опасная, но карта.

    Через пятнадцать минут телефон зазвонил. Саэдзима.
    «Я слушала ваше сообщение. Встречайтесь со мной. Но не у меня в участке. Место, где вы впервые увидели Silvia. Через час. Одни.»
    «Понял.»
    Кэй посмотрел на Дзюна.
    «Ты поедешь на другой точке. На старый склад у реки, помнишь, где мы хранили зимнюю резину? Жди там. Без связи, никуда не выходи. Я найду тебя.»
    «Босс...»
    «Всё будет хорошо, Дзюн. Собирайся.»

    Они вышли из гаража разными путями. Кэй сел в Mark II и поехал к месту первой встречи с Аракавой — к пустырю на окраине промзоны, где тот впервые показал Silvia.

    По дороге он проверял, не следит ли кто. Казалось, нет. Но он уже никому не доверял.

    Часть 6: Договор с честным полицейским
    Саэдзима ждала его, прислонившись к своей невзрачной служебной машине. Она была в гражданском — джинсы, тёмная куртка. На лице — усталость и решимость.
    «Рассказывайте,» — сказала она, когда он подошёл.

    Кэй изложил суть ультиматума Мори. Саэдзима слушала, не перебивая.
    «Он действует в рамках своих полномочий, но выходит за их границы, — сказала она, когда он закончил. — Ордер на обыск у химика он, конечно, не получал. Значит, следил за вами в частном порядке. Или использовал ресурсы вне рамок дела. Это уже нарушение.»
    «Но он может меня посадить. У него есть образец, есть свидетель.»
    «У него есть образец, который вы нашли. Который является уликой по делу о пропаже человека. Его исчезновение из камеры хранения — это проблема вокзала, а не ваша кража. И потом, у нас есть кое-что получше.»
    «Что?»
    «Я провела своё маленькое расследование. Нашла того самого «аудитора», который забирал папки из библиотеки. Он оказался мелким служащим в юридической фирме, которая обслуживает холдинг «Северный ветер». Я... убедила его поговорить.»
    Кэй удивлённо поднял бровь.
    «Убедили?»
    «Пообещала защиту в обмен на показания. Он испугался. Рассказал, что ему поручили изъять и уничтожить все документы, связанные с технологическими отклонениями и личными записями Масару Аракавы. Заказчик — человек, представившийся юристом холдинга. Но голос, по описанию, похож на... инспектора Мори.»
    Кэй выдохнул.
    «Значит, Мори работает на них. Или с ними.»
    «Да. Он не хочет, чтобы дело раскрыли. Он хочет его контролировать и, в конечном итоге, похоронить. А вас — либо купить, либо устранить.»
    «Что мы делаем?»
    «Мы идём ва-банк. Вы не отдаёте ему образец. Вы отдаёте его мне. Официально, под протокол. Я, как должностное лицо, ведущее дело о нападении, которое может быть связано с наркотрафиком, изымаю улику и инициирую передачу дела в Управление по борьбе с наркопреступностью. В обход Мори. Но для этого мне нужны ваши официальные показания. И образец.»
    «А если Мори попытается вмешаться?»
    «У меня есть кое-какие связи в прокуратуре. И кое-какие компроматы на кое-кого. Это риск, но иначе мы проиграем. Вы готовы?»
    Кэй смотрел на неё. На эту хрупкую с виду женщину с стальным взглядом. Она рисковала карьерой. Возможно, свободой.
    «Я готов.»
    «Хорошо. Тогда поедем. В мой участок. Но не через главный вход. Через заднюю дверь, со стороны гаража.»
    Они сели в её машину. Кэй отдал ей контейнер. Она положила его в специальный пакет для вещдоков, опечатала, подписала.
    «Теперь это официально, — сказала она. — Вы — свидетель и лицо, передавшее улику. Вы под защитой. По крайней мере, формально.»
    Он кивнул, но не чувствовал себя в безопасности. Слишком много игроков. Слишком много интересов.

    Часть 7: Игра в кошки-мышки
    Участок дорожной полиции был не таким мрачным, как в кино, но и не дружелюбным. Саэдзима провела Кэя через боковой вход прямо в свой кабинет — маленькую комнату с столом, заваленным папками, и двумя стульями.
    «Ждите здесь. Я оформлю документы и вызову оперативника из наркоконтроля. Пока документы не подписаны, вы уязвимы. Не выходите.»
    Она ушла. Кэй остался один. Он смотрел в окно на серый двор участка, где стояли несколько конфискованных машин. Среди них не было Silvia. Её, видимо, держали в другом месте.

    Прошло двадцать минут. Потом тридцать. Беспокойство нарастало. Кэй уже собирался выйти и поискать Саэдзиму, когда дверь открылась.

    Вошел не она. Вошел инспектор Мори. Один. Его лицо было каменным.
    «Где инспектор Саэдзима?» — спросил Кэй, вставая.
    «Она временно отстранена от дел. Поступила жалоба на превышение полномочий. Пока разбираются, дело перешло ко мне. Как я и говорил.»
    Кэй почувствовал, как пол уходит из-под ног.
    «Где образец?»
    «Образец изъят как вещдок. И будет приобщён к делу. А вы... вы, Судзуки-сан, находитесь здесь добровольно, для дачи показаний. Или я ошибаюсь?»
    Это был тонкий намёк. Добровольно — значит, может уйти. Но если он уйдёт, его задержат сразу за дверью. А если останется... станет заложником их игры.
    «Я хочу видеть адвоката.»
    «У вас есть адвокат?» — спросил Мори, и в его глазах мелькнула усмешка.
    «Я вызову по телефону.»
    «Конечно. Только ваш телефон... у нас. На экспертизе. Но вы можете воспользоваться стационарным. Вот.»
    Он указал на телефон на столе Саэдзимы.
    Кэй понял, что его переиграли. Саэдзиму убрали. Образец забрали. Он оказался в ловушке.
    «Что вы хотите?»
    «Я уже говорил. Сотрудничество. Вы даёте показания, что нашли образец случайно, испугались и хотели передать его полиции через инспектора Саэдзиму, но она, воспользовавшись вашей доверчивостью, попыталась присвоить улику для своих целей. Вы вовремя опомнились и обратились ко мне.»
    «Вы хотите, чтобы я оговорил её?»
    «Я хочу, чтобы правда восторжествовала. А правда в том, что она превысила полномочия. И вы поможете это доказать. А взамен... вы свободны. И ваши проблемы с наркотиками исчезают.»
    Кэй молчал. Он смотрел в глаза Мори и видел там не злость, не жадность. Видел холодный, чистый расчёт чиновника, который делает свою работу — грязную, но работу. Для него Саэдзима — помеха. Кэй — инструмент. А дело о наркотиках — разменная монета в какой-то более крупной игре.
    «А что будет с делом о пропаже Аракавы? С пивоварней?»
    «Дело будет расследовано. Мы найдём виновных. Возможно, это будут те, кто непосредственно руководил производством. Возможно, кто-то ещё. Но дело будет закрыто. И порядок будет восстановлен.»
    «А те, кто стоит за этим? Кто платил?»
    «Они... вне досягаемости. И не ваша забота.»
    Кэй понял. Игрушка в чужих руках. Его поставили перед выбором: предать единственного человека, который пытался помочь, и спасти свою шкуру. Или пойти против системы и быть раздавленным.

    Дверь снова открылась. Вошла Саэдзима. Она была бледна, но держалась прямо.
    «Инспектор Мори. Вы не имеете права вести допрос в моём кабинете без моего присутствия. И, насколько я знаю, дело ещё не передано официально.»
    «Оно передано, — холодно сказал Мори. — Приказ сверху. А вы, инспектор, отстранены. Пожалуйста, сдайте служебное удостоверение и покиньте здание.»
    Саэдзима не дрогнула.
    «Приказ должен быть в письменном виде. Покажите.»
    Мори достал из портфеля листок, протянул ей. Она прочитала, и её лицо стало ещё бледнее. Она сняла удостоверение с клипсы на поясе, положила на стол.
    «Это не конец, Мори.»
    «Для вас — пока да.»
    Она посмотрела на Кэя. В её глазах была не просьба, не мольба. Было понимание. Она знала, какой выбор ему предложат.
    «Делайте то, что считаете нужным, Судзуки-сан, — тихо сказала она. — Я не буду вас судить.»
    Она развернулась и вышла.

    Мори снова посмотрел на Кэя.
    «Ну что? Выбирайте. Или вы с нами. Или вы... с ней.»
    Кэй закрыл глаза. Он видел перед собой гараж. Свою машину. Свободу дороги. Простую жизнь, где единственная загадка — это скрытые дефекты кузова.
    А потом он видел лицо Масару Аракавы, которого никогда не видел. Видел его брата, перепуганного до полусмерти. Видел уборщицу, которая исчезла. И видел Саэдзиму, которая рисковала всем, чтобы докопаться до правды.

    Он открыл глаза.
    «Я дам показания.»
    Мори едва заметно кивнул, удовлетворённо.
    «Но, — продолжал Кэй, — я дам правдивые показания. О том, как нашёл образец. О том, что вы пытались меня заставить оговорить коллегу. О том, что вы, возможно, связаны с теми, кого должны ловить. И я буду требовать адвоката. И если вы попытаетесь меня остановить, я буду кричать так, что услышит весь участок.»

    Глаза Мори сузились. Удовлетворение сменилось холодной яростью.
    «Вы совершаете ошибку.»
    «Возможно. Но это моя ошибка.»
    Мори помолчал, оценивая. Кэй видел, как в его голове идут расчёты. Скандал с принуждением к ложным показаниями, с попыткой давления на свидетеля... это могло вылиться в проблемы даже для него.
    «Вы свободны, — неожиданно сказал Мори. — На сегодня. Но образец остаётся у нас. И дело остаётся за мной. И если вы попытаетесь вмешаться снова... у нас будет достаточно оснований, чтобы арестовать вас по серьёзной статье. Поняли?»
    «Понял.»
    «Тогда убирайтесь. И не появляйтесь больше на моём горизонте.»
    Кэй вышел из кабинета, прошёл по коридору, вышел на улицу через главный вход. Его не остановили.

    Он стоял на ступеньках участка, глотая холодный воздух. Он проиграл этот раунд. Образец потерян. Саэдзима отстранена. Он сам — на волоске.

    Но он не сдался. И это было важно.

    Его старый телефон в кармане завибрировал. СМС от неизвестного номера: «Гараж. 22:00. Приходи один. Есть что обсудить. S.»

    S. Саэдзима? Или кто-то другой?

    Кэй посмотрел на часы. Было шесть вечера. До десяти — четыре часа.

    Он пошёл к своей машине, чувствуя усталость во всём теле. Но внутри горел маленький, упрямый огонёк. Огонёк того, кто не любит, когда его загоняют в угол.

    И кто знает, что даже у самой безнадёжной машины есть шанс на вторую жизнь, если попасть в руки к тому, кто понимает в железе.

    Часть 8: Перелом
    Кэй не поехал сразу на встречу. Он сделал крюк, проверил, не следит ли кто. Казалось, нет. Мори, вероятно, считал его нейтрализованным — без улик, без союзника в полиции, запуганным.

    Он заехал на старый склад у реки, где ждал Дзюн. Тот сидел на ящике, укутанный в куртку, и пялился в экран какого-то портативного устройства.
    «Босс! Ты цел!»
    «Пока что. Слушай, нам нужно разделиться. Надолго. Тебе нужно уехать из города. К родным, к друзьям. Куда угодно.»
    «Но...»
    «Дзюн. Они забрали образец. Саэдзиму отстранили. Следующий шаг — они придут за нами, чтобы окончательно заткнуть рот. У меня есть ещё одна встреча сегодня. После неё... я, возможно, тоже исчезну на время.»
    «Куда ты?»
    «Не знаю. Но нам нельзя быть вместе. Это слишком опасно. Возьми деньги из чёрной кассы. И исчезни. Не выходи на связь, пока я сам не найду тебя. Понял?»
    Дзюн хотел возражать, но увидел выражение лица Кэя и кивнул.
    «Хорошо. Но... будь осторожен, босс.»
    «Всегда.»

    Кэй передал ему пачку денег, накопленных на чёрный день, и уехал, оставив Дзюна собираться. Он чувствовал себя последним подонком, выгоняющим щенка на мороз, но это была единственная возможность его защитить.

    В десять без пяти он подъехал к своему гаражу. Свет внутри не горел. Дверь была приоткрыта.

    Кэй выключил двигатель, посидел несколько минут, прислушиваясь. Ни звука. Он вышел, взял тяжёлый фонарь и вошёл внутрь.

    В гараже было темно и пусто. И холодно. Ветер гулял через разбитое ещё вчера окно.
    «Саэдзима?» — тихо позвал он.

    Из тени, от верстака, отделилась фигура. Не Саэдзима. Мужчина в тёмном плаще, в шляпе, низко надвинутой на лицо.
    «Судзуки-сан. Рад, что вы пришли.»
    Голос был незнакомым. Низким, спокойным.
    «Кто вы?»
    «Можно сказать, заинтересованное лицо. Тот, кто оставил вам фото пирса. И тот, кто звонил с предупреждением.»
    «Четвёртая сторона.»
    «Если хотите. Я представляю... конкурентов. Тех, кому невыгодно, чтобы «Северный коктейль» заполонил рынок. Мы следили за этой фабрикой. Но она была хорошо защищена. Пока не появился технолог. И пока не появились вы.»
    «Что вы хотите?»
    «Мы хотим того же, что и вы — чтобы производство остановили. Но мы хотим сделать это тихо. Без громких скандалов, без имён. Поэтому мы предлагаем сделку.»
    «Какую?»
    «Вы нам — все данные, которые у вас есть. Всё, что вы узнали о пивоварне, о логистике, о людях. Мы — обеспечиваем вам безопасность. И помогаем инспектору Саэдзиме вернуться к работе с чистой репутацией. И, возможно, находим пропавшего технолога. Живым или... мёртвым.»
    «Почему я должен вам верить?»
    «Потому что у вас нет выбора. Мори вас задавит. А те, кто стоит за пивоварней, убьют. Мы — единственные, кто предлагает вам выход с честью. И с выгодой.»
    «Какая выгода?»
    «После того как мы ликвидируем это производство, освободится... ниша. Мы займём её. И нам понадобятся люди, которые разбираются в логистике, в транспорте, в обеспечении безопасности перевозок. Ваши навыки будут полезны.»
    Кэй рассмеялся.
    «Вы предлагаете мне стать вашим перевозчиком? Контрабандистом?»
    «Мы предлагаем вам стать логистом. Легальным. Просто... для товаров, которые не всегда хочется афишировать. И для клиентов, которые ценят дисциплину и умение молчать.»
    «А если я откажусь?»
    «Тогда мы уходим. И оставляем вас наедине с Мори и с наёмниками в кепках. Думаю, вы не протянете и недели.»
    Кэй молчал. Предложение было отвратительным. Но... реалистичным. Это был способ выжить. И, возможно, даже отомстить тем, кто убил технолога и пытался уничтожить его.
    «А Саэдзима?»
    «Мы обеспечим, чтобы внутренняя проверка признала её действия оправданными. У нас есть рычаги. Она вернётся. И, возможно, даже получит повышение. Или... уйдёт, если захочет. Мы обеспечим её.»
    «И Аракава? Младший?»
    «Он уже под нашей защитой. Мы вывезли его из города. Он в безопасности.»
    Кэй смотрел на тёмную фигуру. Он ничего не видел, кроме силуэта. Но чувствовал — за этим человеком стоят деньги, власть и решимость.
    «Мне нужно время подумать.»
    «У вас его нет. Решайте сейчас.»
    Кэй глубоко вдохнул. Он ненавидел себя в этот момент.
    «Хорошо. Я согласен.»
    Фигура кивнула.
    «Умное решение. Завтра вы получите инструкции. И новые документы. На время, пока идёт операция, вы будете не Судзуки Кэйтаро. Вы будете другим человеком. С другой жизнью. Гараж будет закрыт на ремонт. Ваш помощник... мы позаботимся и о нём.»
    «Я хочу, чтобы он остался в стороне.»
    «Как скажете. Тогда он просто уедет. Надолго.»
    Фигура сделала шаг назад, растворившись в тени.
    «До завтра, Судзуки-сан. Или... как вас там теперь будут звать.»
    Он исчез. Кэй остался один в холодном, тёмном гараже.

    Он подошёл к своему Mark II, провёл рукой по капоту.
    «Прости, старик, — прошептал он. — Кажется, нам предстоит не самый честный перегон.»

    Часть 9: Новая личность
    Утро пришло с густым туманом и ощущением нереальности происходящего. Кэй спал в машине, припаркованной в лесу за городом, и проснулся от стука в стекло.

    За окном стоял незнакомый молодой человек в куртке курьера.
    «Вам пакет,» — сказал он, протягивая конверт.

    Кэй взял. Курьер ушёл. В конверте были новые документы: водительские права на имя Танака Рёта, регистрационные документы на машину (той же модели и года, но с другим VIN-номером), паспорт, несколько кредитных карт на это имя. И ключи от квартиры в другом районе города. И телефон. Простой, но новый.

    А также — инструкция. «В 14:00 будьте на парковке у торгового центра «Мираж». Ждите звонка. Ваша задача — оценить автомобиль (Toyota Estima, белый, номер такой-то) и подготовить его к дальнему перегону. Владелец — ваш новый клиент. Подробности в пути.»

    Кэй переоделся в одежду из сумки, которая тоже была в конверте (простая, но качественная), переложил свои старые вещи в багажник, сел в машину и поехал.

    Он чувствовал себя актёром, играющим роль. Но эта роль могла стать его новой жизнью.

    Торговый центр «Мираж» был на противоположном конце города. Кэй приехал заранее, осмотрелся. Парковка была полна машин. Белый Toyota Estima стоял на указанном месте. Рядом — мужчина в дорогом пальто, нервно куривший.

    Кэй подошёл.
    «Танака-сан?»
    «Да. Вы?»
    «Меня прислали для оценки машины.»
    «Быстро, я спешу.»
    Кэй начал осмотр. Машина была почти новой, но с мелкими повреждениями — царапина на бампере, вмятина на двери. Стандартная работа. Он сделал вид, что проверяет двигатель, салон, спросил документы.

    И тут он увидел кое-что. Под ковриком водителя, в специальном кармане, лежал небольшой плоский предмет, обёрнутый в чёрный пластик. Не штатное оборудование.

    Кэй ничего не сказал. Он закончил осмотр, назвал цену.
    «Подходит. Готовьте машину к перегону. Завтра утром её заберут.»
    «Хорошо.»
    Мужчина ушёл. Кэй остался один с машиной. Он подождал, пока тот скроется, затем осторожно достал тот предмет.

    Это был тонкий планшет в защищённом корпусе. Включился от отпечатка пальца. На экране — карта с маршрутом. И файлы. Фотографии документов, распечатки счетов, списки имён... и среди них — знакомые лица. Человек в кепке. Его напарник. И... инспектор Мори, сфотографированный в неформальной обстановке с человеком, которого Кэй видел на фото из библиотеки — с тем самым «аудитором».

    И ещё одно фото. Масару Аракава. Живой. Сидит в какой-то комнате, похожей на гостиничный номер. На фото была дата — три дня назад.

    Кэй замер. Технолог жив. Его держат где-то. Возможно, эти люди. Возможно, те, кому он теперь служит.

    Планшет завибрировал. Пришло сообщение: «Машину не трогать. Документы изъять и уничтожить. Завтра в 9:00 будьте на месте. Вас повезут к месту новой работы. S.»

    S. Опять эта буква.

    Кэй скопировал данные с планшета на свой новый телефон (в нём, как он обнаружил, уже были специальные приложения для шифрования), затем стёр файлы с планшета и положил его обратно.

    Он уехал с парковки, чувствуя, как земля уходит из-под ног. Игра стала многоуровневой. И он был пешкой на самой нижней доске. Но даже пешка может стать ферзём, если дойдёт до конца.

    А до конца было ещё очень далеко.

    Часть 10: Начало перегона
    Новая квартира оказалась стерильно-чистой, меблированной минималистично, как номер в дешёвой гостинице. Ничего лишнего. Ни следов предыдущих жильцов. Ни души.

    Кэй сидел на стуле у окна, смотрел на городские огни и думал. У него были данные, которые могли свалить Мори. Было доказательство, что технолог жив. Но не было свободы действий. Он был связан договором с теневой структурой, которая, возможно, была ничем не лучше тех, с кем боролась.

    Его новый телефон зазвонил. Неизвестный номер.
    «Танака-сан. Завтра в 9:00 вас заберёт чёрный Lexus LS у подъезда. Вещей с собой не брать. Всё необходимое предоставят.»
    «Куда?»
    «В аэропорт. Вы летите в Осаку. Там вас встретят и объяснят первое задание.»
    «Надолго?»
    «Насколько потребуется.»
    Звонок прервался.

    Кэй вздохнул. Его увозят из города. Отрывают от знакомой почвы. Делают винтиком в машине, которую он даже не понимает.

    Он достал свой старый телефон, вставил сим-карту, написал СМС Дзюну: «Уезжаю. Надолго. Береги себя. Вернусь, когда смогу. К.»

    Ответ пришёл почти мгновенно: «Жди сигнала. Нашёл кое-что по Silvia. Очень важное. Но передать не могу сейчас. Будь осторожен. Д.»

    Silvia. Опять эта машина. Кажется, она стала ключом ко всему. И, возможно, Дзюн нашёл то, что могло перевернуть всё дело.

    Но теперь уже поздно. Утром его увезут. И он не сможет помочь ни Дзюну, ни Саэдзиме, ни себе.

    Он лёг на безликую кровать и смотрел в потолок. В голове проносились образы: фиолетовая Silvia, порошок в контейнере, лицо Мори, тёмная фигура в гараже.

    Он сжал кулаки. Его загнали в угол. Но он ещё не сломался. Он всё ещё мог управлять. Пусть даже чужим автомобилем, по чужим правилам.

    Ведь он был навигатором. И даже в самой густом тумане он мог найти дорогу. Пусть не к победе. Но к выживанию.

    А выживание — это уже половина победы.

    Он закрыл глаза, и последней мыслью перед сном было: «Какого чёрта Дзюн нашёл в Silvia?»

    Но ответа не было. Только тихий гул города за окном и тяжёлое ожидание утра, которое принесёт новую жизнь. Чужую жизнь.

    КОНЕЦ ГЛАВЫ 4

     

    Книга «Стальной Навигатор»
    Глава 5: Скрежет шестерён
    Часть 1: Чужая кожа
    Чёрный Lexus LS был похож на катафалк. Бесшумный, скользящий по утренним улицам Хакотакэ, он увозил Кэя прочь от всего, что было ему знакомо. Водитель — мужчина в тёмных очках и перчатках — не проронил ни слова. Кэй смотрел в окно на ускользающие силуэты своего города и чувствовал, как слой новой личности, «Танака Рёта», прилипает к нему, как чужая, тесная кожа.

    Аэропорт был не международным, а небольшим, для местных рейсов и частных чартеров. Водитель провёл его мимо основных терминалов к отдельному ангару, где стоял лёгкий турбовинтовой самолёт Cessna. У трапа ждал тот самый человек в плаще и шляпе, с которым Кэй говорил в гараже. Теперь при дневном свете Кэй разглядел его лучше: лет пятидесяти, аккуратная седая щетина, дорогие, но неброские часы на руке. Взгляд спокойный, оценивающий.

    «Танака-сан. Прошу.» — он жестом пригласил войти в самолёт.

    Салон был отделан кожей и деревом, рассчитан на шесть пассажиров. Кроме них и двух пилотов, никого не было.

    Когда самолёт взлетел и набрал высоту, человек представился.
    «Меня зовут Судо. Я буду вашим связным. И вашим начальником на ближайшее время.»
    «Что от меня требуется, Судо-сан?»
    «Требуется ваша экспертиза. Но в несколько ином ключе. Вы знаете, что производство «Северного коктейля» остановлено. Вернее, перенесено. Наши конкуренты не стали рисковать после истории с технологом. Они перевезли оборудование и ключевых специалистов в новое место. Ваша задача — помочь нам это место найти.»

    Кэй почувствовал холодок.
    «Как я могу это сделать? Я не детектив.»
    «Но вы — логист. И вы понимаете в оборудовании. У нас есть информация о грузе, который был вывезен с пивоварни в последние дни перед закрытием. Крупногабаритные ящики, специфическое оборудование для химического синтеза, системы фильтрации. Всё это нужно было куда-то доставить, собрать, подключить. Для этого нужны специалисты, нужны помещения с определёнными условиями. Нужны коммуникации. И, что важно, нужна логистика для сырья и готового продукта. Вот здесь вы и нужны.»

    Судо открыл тонкий ноутбук.
    «Мы проанализировали транспортные компании, которые работали с пивоварней в последний месяц. Отсеяли легальные. Остались три, которые занимаются «особыми» перевозками. Одна из них — «Ямато Спешел Транспорт» — фиктивная. Существует только на бумаге. Но у неё были реальные рейсы. Грузовики. Мы нашли одного водителя, который согласился поговорить. Он перевозил ящики с пометкой «Хрупкое. Лабораторное оборудование» из Хакотакэ не на склад, а в частный ангар на окраине города Канадзава.»
    «Канадзава? Это в трёхстах километрах.»
    «Да. Но через неделю после доставки ангар опустел. Груз перевезли дальше. Водитель не знает куда. Но он запомнил одну деталь. На некоторых ящиках были наклейки транспортной компании из Осаки. «Кобэй Экспресс».»
    «И вы хотите, чтобы я поехал в Осаку и нашёл следы?»
    «Мы хотим, чтобы вы поехали в Осаку и стали нашим человеком в этой транспортной компании. У вас есть новые документы, у вас есть опыт работы с автомобилями. Вы устроитесь туда механиком или диспетчером. Будете смотреть, какие грузы они перевозят, кто их клиенты. Рано или поздно они совершат ошибку. И вы её заметите.»

    Кэй молча смотрел на него. Предложение было чётким, рискованным и... логичным. Они не просто спасали его от Мори. Они использовали его навыки.
    «А что с инспектором Саэдзимой? И с Мори?»
    «Саэдзима уже восстановлена на службе. Внутренняя проверка не нашла нарушений. Более того, она получила доступ к части дела о пивоварне. Теперь она работает в связке с нашим человеком в полиции. Мори... временно понижен. Его отстранили от дела. Но он ещё опасен. Поэтому вам лучше быть подальше от Хакотакэ.»
    «А мой помощник? Дзюн?»
    «Он в безопасности. Мы обеспечили ему временное жильё в другом городе. И, кажется, он не теряет времени даром.»
    Судо улыбнулся.
    «Он передал нам кое-что интересное. Про ту самую Silvia. Но об этом позже. Сначала — ваша задача.»

    Самолёт начал снижаться. В иллюминаторе показались крыши пригородов Осаки.

    Часть 2: Вращающиеся двери
    «Кобэй Экспресс» оказалась небольшой, но солидной компанией, занимавшейся перевозками по региону Кансай. Офис и гараж располагались в промышленной зоне порта Осаки. Кэй, теперь уже Танака Рёта, с новыми документами и рекомендательным письмом от «знакомого» (очевидно, подставного) был принят на должность помощника механика и сменного диспетчера.

    Работа была рутинной: осмотр грузовиков перед рейсами, мелкий ремонт, составление графиков ТО, приём заявок от клиентов. Коллеги — в основном немолодые, уставшие от жизни мужчины, не интересовались новичком. Это устраивало Кэя.

    Первые три дня ничего подозрительного он не заметил. Стандартные грузы: запчасти для заводов, коробки с электроникой, мебель. Клиенты — обычные фирмы.

    Но на четвёртый день пришла заявка, которая заставила его насторожиться. Клиент — «ХимТехСервис». Адрес загрузки — складской комплекс на окраине. Адрес доставки — частная клиника в городе Ко́бе. Груз — «медицинское оборудование, хрупкое, температурный режим +5°C». И самое главное — пометка: «Сопровождение получателя обязательно. Груз вносится через служебный вход. Контактное лицо — доктор Сиракава.»

    Кэй помнил слова Судо: оборудование для химического синтеза, системы фильтрации. Медицинская клиника могла быть идеальным прикрытием. А температурный режим... некоторые прекурсоры и готовые наркотики требовали холода.

    Он не стал ничего менять в заявке, просто оформил её, как положено, и назначил водителя — пожилого, неразговорчивого дальнобойщика по имени Осаму. Но он записал номер машины, маршрут и время.

    Вечером, в своей новой маленькой квартирке (также предоставленной «организацией»), он связался с Судо через зашифрованный мессенджер.
    «Заявка от «ХимТехСервис». Клиника в Кобе. Медицинское оборудование с особыми условиями.»
    «Мы знаем эту клинику. Она чиста. Но «ХимТехСервис» — нет. Это фирма-прокладка. Проследите, откуда они забирают груз на самом деле. Водитель, который поедет, — наш человек. Он установит маячок на груз. Ваша задача — убедиться, что сопровождение проходит гладко, и запомнить лица встречающих.»

    Кэй кивнул про себя. Игра началась.

    На следующий день он специально вызвался помочь с погрузкой, чтобы взглянуть на груз. Ящики были стандартными, но пахло... не медицинским пластиком. Пахло сладковатой химией, похожей на запах из контейнера с образцом. Он сделал вид, что проверяет крепления, и незаметно прилепил к одному из ящиков крошечный магнитный маячок из набора, который ему дали.

    Грузовик уехал. Кэй вернулся в диспетчерскую и стал следить по GPS. Маршрут был прямым: Осака — Кобе. Никаких отклонений.

    Через три часа водитель Осаму позвонил.
    «Танака-сан. Груз доставлен. Встречал какой-то санитар, подписал бумаги. Всё как обычно.»
    «Занесли внутрь?»
    «Да, через чёрный ход. На тележке. Больше я ничего не видел.»
    «Хорошо, спасибо.»

    Кэй отметил доставку в системе. Но его беспокоила лёгкость. Слишком просто. Если бы это было действительно подпольное производство, охрана была бы жёстче. Или они настолько уверены в своей безопасности?

    Вечером Судо прислал сообщение: «Маячок перестал передавать сигнал через 15 минут после въезда на территорию клиники. Его либо нашли, либо он попал в зону экранирования. Это само по себе подозрительно.»

    «Что дальше?» — спросил Кэй.
    «Ждите следующей заявки. И следите за обратными рейсами. Часто такие фирмы используют обратный путь для вывоза «продукции».»

    Часть 3: Голос из прошлого
    Через неделю рутины Кэй получил неожиданный звонок на свой личный (старый) телефон. Он редко его включал, но раз в день проверял. Номер был неизвестный.
    «Судзуки-сан?» — женский голос. Нервный. Знакомый.
    «Да. Кто это?»
    «Это... Фудзита. Та самая уборщица.»
    Кэй выпрямился. Её же исчезновение инсценировали.
    «Фудзита-сан! Вы где? Вы в безопасности?»
    «Меня... меня вывезли из города. Те люди... добрые люди. Они сказали, что вы помогаете. Я... я вспомнила кое-что важное. Очень важное.»
    «Что именно?»
    «Перед тем как пропал Масару-сан... он приходил на пивоварню ночью. Я тогда задержалась, дописывала отчёт. И видела, как он спорил с тем самым главным инженером, Кавамурой. Но не в кабинете. В цехе, у панели управления циклом №7. И... я слышала, как Кавамура сказал: «Если тебя так волнует «чистота процесса», съезди и проверь «точку выгрузки» сам. Посмотри, что происходит с продуктом дальше. Может, тогда успокоишься.» А Масару-сан спросил: «Где?» И Кавамура сказал: «Спроси у водителя Хосино. Он возит «особый хмель». Только не говори, от кого узнал.»»
    «Водитель Хосино... — повторил Кэй. — Вы знаете его?»
    «Он возил грузовик-рефрижератор. Синий, с жёлтой полосой. Номер... не помню. Но у него была татуировка на шее. Дракон. И он всегда курил одни и те же сигареты. «Мэвис». Дешёвые.»
    «Большое спасибо, Фудзита-сан. Это очень важно.»
    «Они... они найдут меня?»
    «Нет. Вы в безопасности. Обещаю.»
    Он положил трубку и тут же переслал информацию Судо. Водитель Хосино. Синий рефрижератор с жёлтой полосой. Татуировка дракона. Сигареты «Мэвис».

    Через час пришёл ответ: «Работаем. Ищем. Будьте готовы к командировке.»

    Часть 4: Обрывки разговоров
    Ещё через два дня в «Кобэй Экспресс» пришла новая заявка от «ХимТехСервис». На этот раз — вывоз «отработанных материалов» из той же клиники в Кобе и доставка на «утилизацию» на специальный полигон. Кэй назначил на рейс другого водителя, но сам вызвался поехать помощником — под предлогом проверки нового маршрута.

    Грузовик был обычным, но прицеп — герметичным, с маркировкой «Биоопасность». При погрузке в клинике Кэй заметил, что ящики, которые вывозят, — те же самые, что привозили неделю назад. Только теперь они были пусты? Или в них было что-то другое?

    Его сопровождал тот же санитар — мужчина лет сорока с пустым взглядом. Кэй попытался заговорить.
    «Много работы с утилизацией?»
    «Раз в месяц. Стандартно.»
    «А что за материалы?»
    «Медицинские отходы. Опасно. Лучше не приближаться.»
    Тон был отстранённым, но не грубым. Человек просто делал свою работу.

    Когда груз погрузили и они тронулись в путь, Кэй снова включил маячок, на этот раз прикрепив его к раме прицепа. И стал ждать.

    Полигон для утилизации медицинских отходов находился далеко в горах, за городом. Дорога была извилистой и пустынной. Водитель, молодой парень по имени Кэнта, нервно поглядывал по сторонам.
    «Страшноватое место. Говорят, тут раньше больных прокажённых хоронили.»
    «Не болтай глупостей, — отмахнулся Кэй. — Везём груз, получаем деньги.»
    Но и он чувствовал себя не в своей тарелке. Слишком уж безлюдно.

    На подъезде к полигону их остановил шлагбаум и охранник в униформе частной компании. Проверил документы, заглянул в кабину.
    «Пропуск есть?»
    «Должен быть в документах, — сказал Кэй, передавая папку.»
    Охранник просмотрел, кивнул, поднял шлагбаум.
    «Прямо до терминала. Разгрузка — только в защитных костюмах, они там выдадут.»
    «Поняли.»

    Терминал представлял собой длинный низкий ангар. Внутри пахло хлоркой и чем-то кислым. Рабочие в белых комбинезонах и респираторах молча указали, куда ставить прицеп. Кэй и Кэнта надели выданные им костюмы (простые, не герметичные) и вышли помочь.

    И тут Кэй заметил нестыковку. Ящики, которые они привезли, рабочие не понесли к печам для сжигания. Их аккуратно погрузили на другой, уже стоявший там грузовик — синий рефрижератор с жёлтой полосой. Из кабины вышел водитель, закурил. На его шее, поверх воротника комбинезона, виднелся синеватый контур татуировки. Дракон.

    Хосино.

    Кэй сделал вид, что поправляет респиратор, и отошёл в тень, чтобы не попасться на глаза. Он снял на телефон несколько кадров: грузовик, водителя, процесс перегрузки. Потом незаметно прилепил ещё один маячок — уже на синий рефрижератор.

    Через двадцать минут их прицеп был пуст. Им выдали документы об утилизации, и они уехали. Синий рефрижератор оставался на месте.

    Вернувшись в Осаку, Кэй немедленно передал данные Судо. Тот ответил кратко: «Отлично. Следим. Готовьтесь к переезду. Завтра вас заберут.»

    Часть 5: Соединение точек
    На следующий день Кэя снова посадили в самолёт, но на этот раз летели недолго — всего сорок минут. Приземлились на небольшом частном аэродроме где-то в префектуре Сига. Его встретила Саэдзима.

    Она выглядела уставшей, но глаза горели.
    «Судзуки-сан. Рада вас видеть.»
    «Инспектор. Вы... в порядке?»
    «Времена непростые. Но я на своём месте. Спасибо вашим... покровителям. Они оказали давление. Мори сейчас занят отчётами и не опасен. Но дело о пивоварне теперь в моём ведении. Официально.»
    «Что с водителем Хосино?»
    «Мы его нашли. Вернее, ваши друзья нашли. И убедили поговорить. Он оказался мелкой сошкой. Перевозил «особый хмель» от пивоварни до «точки выгрузки» — старого рыбоперерабатывающего завода на побережье, в бухте Аманохасидатэ. Там груз перегружали на катера. И отправляли... предположительно, в Корею или в Китай.»
    «Значит, производство здесь, а дистрибуция — морским путём за границу.»
    «Да. И технолог Масару, судя по всему, узнал про эту точку. Возможно, даже побывал там. И, возможно, именно поэтому исчез. Не на пивоварне, а там, на берегу.»
    Кэй почувствовал холодок.
    «Вы думаете, он там...»
    «Не знаю. Но теперь у нас есть законный повод для обыска. Я получила ордер на рыбозавод. Основание — подозрение в контрабанде. Завтра утром выдвигаемся. И вы летите с нами. Как консультант. Ваши знания о логистике и о том, как маскировали груз, могут пригодиться.»
    «А что с синим рефрижератором?»
    «Мы его отслеживаем. Он сейчас движется в сторону той же бухты. Похоже, идёт новая партия. Мы можем взять их с поличным.»
    «А ваши покровители? — спросил Кэй, имея в виду Судо и его людей. — Они будут участвовать?»
    «Нет. Они остаются в тени. Это официальный полицейский рейд. Но... у них есть свой интерес. Они надеются выйти на тех, кто стоит выше цепочки. А мы берём тех, кто на земле.»

    Кэя поселили в гостинице рядом с аэродромом. Ночь была беспокойной. Он думал о том, как всё замкнулось. От одной машины — до международной наркосхемы. От простого перегонщика — до консультанта полиции в операции по задержанию.

    Утром его разбудил стук в дверь. За ней стояла Саэдзима в тактической форме, без знаков различия, но с бронежилетом.
    «Поехали.»

    Часть 6: Бухта туманов
    Бухта Аманохасидатэ встретила их густым, влажным туманом, стелющимся над водой. Рыбоперерабатывающий завод представлял собой комплекс из ржавых ангаров и пирсов. В воздухе висел запах гниющей рыбы и мазута.

    Полицейские машины (несколько внедорожников без опознавательных знаков) остановились в километре от завода. Группа захвата — человек десять в полной экипировке — начала выдвижение пешком, используя туман как прикрытие. Кэй и Саэдзима остались на командном пункте в фургоне, набитом аппаратурой.

    На экранах мониторов — изображения с дронов, которые уже кружили над территорией. Всё было тихо. Ни движения, ни огней.
    «Слишком тихо, — пробормотала Саэдзима. — Как будто брошено.»
    «Может, их предупредили?» — предположил Кэй.
    «Маловероятно. Операция была засекречена. Только мои проверенные люди.»

    В этот момент на одном из экранов появилось движение. К пирсу, скрытому за основными ангарами, подошёл катер. Небольшой, быстроходный. Из ангара вышли несколько человек, начали грузить на него ящики.
    «Похоже на перегрузку, — сказал оператор. — Катер может уйти в море, прежде чем мы подойдём.»
    Саэдзима взяла рацию.
    «Группа «Альфа», двигайтесь к пирсу. Приоритет — не дать катеру уйти. Группа «Браво», вход в основной ангар. Начинаем.»

    На экранах замелькали фигуры в камуфляже, бегущие по территории. Раздались первые окрики: «Полиция! Руки вверх!»

    Началась неразбериха. Люди у пирса попытались оттолкнуть катер, но группа захвата была уже близко. Прогремело несколько выстрелов в воздух. Кто-то попытался сопротивляться, но был быстро скручен.

    В основном ангаре сопротивление оказалось серьёзнее. Раздались выстрелы — уже не в воздух. На мониторах было видно, как полицейские укрылись за ящиками, ведя перестрелку с кем-то внутри.

    «Чёрт, у них оружие, — сквозь зубы проговорила Саэдзима. — Это уже не просто контрабандисты.»
    Она схватила свой пистолет и бросилась к двери фургона.
    «Инспектор! Куда вы?»
    «Мои люди там! Оставайтесь здесь!»

    Но Кэй не мог оставаться. Он выскочил вслед за ней. Туман был таким густым, что на расстоянии двадцати метров уже ничего не было видно. Он бежал на звук выстрелов, спотыкаясь о камни и ржавый лом.

    Он увидел Саэдзиму у входа в ангар. Она прикрывала раненого полицейского, отстреливаясь. Кто-то стрелял в ответ из глубины ангара.

    Кэй пригнулся, подбежал к ней.
    «Глупость! — крикнула она. — У вас же нет оружия!»
    «Зато есть глаза! — крикнул он в ответ. — Вижу троих! У левой стены, за бочками!»

    Его оценка расстояний и укрытий, отточенная годами вождения и осмотра машин, сработала. Саэдзима кивнула, сделала знак своим. Через минуту группа захвата под прикрытием обошла с фланга и нейтрализовала стрелков.

    Бой закончился так же внезапно, как и начался. В ангаре воцарилась тишина, нарушаемая только тяжёлым дыханием и стонами раненых.

    Кэй поднялся. Внутри ангара царил хаос. Ящики, оборудование, разлитые химикаты. И среди всего этого — знакомые очертания. Части химических реакторов, системы фильтрации... то самое оборудование с пивоварни.

    И кое-что ещё. В углу, под брезентом, стояла машина. Фиолетовая, низкая, с идеальным кузовом, который теперь был покрыт пылью и следами ржавчины.

    Nissan Silvia.

    Часть 7: То, что нашли в тишине
    Кэй подошёл к машине. Двери были открыты. В салоне — пусто. Но его взгляд упал на приборную панель. Кто-то снял основную панель, обнажив жгут проводов. И среди них он увидел то, что не должен был видеть: маленькое, самодельное устройство, впаянное в штатную электропроводку. Устройство с микрочипом и крошечной антенной.

    «Дзюн был прав, — прошептал он. — Здесь что-то есть.»

    Саэдзима подошла к нему.
    «Что это?»
    «Регистратор. Или передатчик. Масару встроил его в машину брата. Чтобы следить. Или записывать.»
    «Сможете извлечь?»
    «Нет. Это работа для Дзюна. Но если мы аккуратно отсоединим всю панель, мы сможем отвезти это в лабораторию.»

    В это время к ним подбежал один из оперативников.
    «Инспектор! Мы нашли склад. В соседнем ангаре. Контейнеры с порошком. И... и ещё кое-что. В холодильной камере.»

    Они пошли за ним. Холодильная камера была огромной, раньше, видимо, использовалась для хранения рыбы. Теперь внутри стояли ряды пластиковых бочек с маркировкой. И в дальнем углу... три тела. Завёрнутые в чёрный полиэтилен.

    Саэдзима прикрыла рот рукой. Кэй почувствовал, как подкатывает тошнота.
    «Опознать сможем?» — спросила она, стараясь, чтобы голос не дрогнул.
    «Одно... похоже на азиата. Два других — европейцы. Документов нет. Предположительно — курьеры или техники, которые стали ненужными.»

    И тогда Кэй увидел ещё одну деталь. На полу, рядом с телами, валялась кепка. Грязная, помятая. Та самая, что была у человека, который преследовал его у складов.

    «Один из наёмников, — тихо сказал он. — Их тоже убрали. Лишние свидетели.»

    Саэдзима кивнула, её лицо стало каменным.
    «Значит, те, кто стоит за всем этим, чистят хвосты. Уничтожают всё, что может привести к ним. Производство перенесли, старых исполнителей ликвидировали. Мы опоздали.»
    «Но мы нашли следы. И у нас есть это, — Кэй указал на Silvia. — В ней может быть ключ. К именам, к встречам, к чему угодно.»

    Внезапно снаружи раздался крик, потом взрыв. Земля под ногами содрогнулась. Они выбежали из холодильника. Один из ангаров горел. Чёрный дым стлался по земле, смешиваясь с туманом.
    «Что случилось?»
    «Кто-то подорвал склад с химикатами! — кричал оперативник. — Быстро, тушите, пока не полыхнуло всё!»

    Началась суматоха. Полицейские и пожарные, прибывшие следом, бросились тушить огонь. Кэй стоял и смотрел на горящий ангар. Это была не случайность. Это была очистка. Кто-то из оставшихся на свободе поджёг улики.

    Саэдзима, заляпанная сажей, подошла к нему.
    «Мы теряем доказательства. Но мы успели взять образцы. И мы заберём машину. Она теперь главная улика.»
    «Куда её повезут?»
    «В специальный гараж в Киото. Под усиленную охрану. И ваш помощник, Дзюн, уже ждёт там. Он будет разбирать эту штуку.»
    «Он здесь?»
    «Его доставили сегодня утром. Он в безопасности.»
    Кэй кивнул. Хоть что-то хорошее.

    Часть 8: Расшифровка
    Гараж в Киото был не похож на «Судзуки Шаттл». Это было высокотехнологичное помещение, больше похожее на лабораторию или мастерскую по ремонту спутников. В центре стояла Silvia, с аккуратно снятой приборной панелью. Вокруг неё копошился Дзюн, подключивший к бортовой сети целый ворох приборов.

    «Босс! — он чуть не подпрыгнул от радости, увидев Кэя. — Вы живы!»
    «Пока что. Что нашёл?»
    «Это гениально. Просто гениально. Он врезал в штатную CAN-шину автомобиля самодельный логирующий девайс. Он записывал все данные: GPS-координаты, скорость, даже показания с датчиков — открытие дверей, включение зажигания. И... он врезал микрофон. Качество не очень, но слышно. Записывалось всё, что говорилось в салоне, когда машина была заведена.»
    «И что там?»
    «Горы данных. Но я уже начал расшифровывать. Машина ездила в определённые места много раз. Одно из них — элитный клуб в Осаке, «Золотой дракон». Другое — частный аэропорт. Третье — какой-то пентхаус в Кобе. И есть голосовые записи. Я пока не всё разобрал, но... я слышал голос Кавамуры. И ещё кого-то. Человека с акцентом. Не японца.»
    «Иностранный заказчик, — предположила Саэдзима, стоявшая рядом. — Или партнёр.»
    «И ещё, — Дзюн понизил голос. — Есть запись, сделанная шесть месяцев назад. В машине ехал Масару Аракава. И он... он говорил с кем-то по телефону. Он сказал: «Я всё знаю. Про «Северный коктейль». Про доставки. У меня есть доказательства. Если со мной что-то случится, они станут достоянием общественности. Я отослал копии.»»
    «Кому он звонил?» — спросил Кэй.
    «Неизвестно. Номер не назывался. Но в конце разговора он сказал: «Хорошо, мистер Вульф. Жду вашего ответа.»»
    «Вульф? Имя? Фамилия? Псевдоним?»
    «Не знаю. Но это явно не японец.»

    Саэдзима обменялась взглядом с Кэем.
    «Иностранное звено. Всё сходится. Производство здесь, дистрибуция за границу. А управление и финансирование — международные.»
    «И этот мистер Вульф, возможно, тот, кто отдал приказ убрать Масару, — добавил Кэй. — И, возможно, тот, кто сейчас пытается замести следы.»
    «У нас есть голосовая запись, — сказал Дзюн. — Мы можем попытаться идентифицировать говорящего. Если у полиции или у... ваших друзей есть базы голосов.»
    «Будем работать, — кивнула Саэдзима. — А пока... нам нужно защитить то, что у нас есть. Этот гараж теперь под прицелом. Если они узнают, что мы нашли в машине...»
    Её слова прервал сигнал тревоги. Замигали красные огни, раздался вой сирены.
    «Что происходит?» — крикнул Кэй.
    Охранник вбежал в гараж.
    «Нас атакуют! Неизвестные в масках! Они взломали наружные ворота!»

    Часть 9: Осада
    Сирена выла, оглушая. На мониторах охранной системы мелькали фигуры в чёрном, вооружённые автоматами. Их было много — не меньше десяти. Они методично продвигались по территории, отстреливая камеры.

    «Эвакуируем данные и улику! — скомандовала Саэдзима. — Дзюн, забери жёсткие диски! Кэй, помоги ему! Я вызову подкрепление!»

    Дзюн уже срывал с приборов накопители. Кэй бросился к Silvia. Идея была безумной, но другой не было. Машина была единственным транспортом в этом гараже, который мог быстро выехать.
    «Дзюн! Садись!» — крикнул он, вскакивая на место водителя.

    Ключи торчали в замке зажигания (их оставили для тестов). Кэй повернул ключ. Двигатель SR20DET взревел, как разбуженный зверь. Он не был пристёгнут, не было времени.
    «Инспектор!» — крикнул он.

    Саэдзима, отстреливаясь из пистолета в сторону двери, отступила к машине и впрыгнула на заднее сиденье. Дзюн, прижимая к груди ноутбук и коробку с дисками, рухнул на пассажирское.

    «Держитесь!» — крикнул Кэй и выжал сцепление.

    Основные ворота гаража были бронированными, но для въезда машин использовались обычные роллеты. Кэй направил Silvia прямо на них. На полном ходу.

    «Вы с ума сошли!» — закричал Дзюн.

    Но Кэй знал, что делает. Он видел слабое место — боковой механизм управления роллетой. Если ударить точно...

    Удар пришёлся в боковую стойку. Роллета прогнулась, заскрипела и, не выдержав, взметнулась вверх, срываясь с направляющих. Silvia вылетела наружу, осыпая стеклом и обломками пластика.

    Снаружи было темно. На них сразу же обрушился шквал огня. Пули звонко стучали по кузову, били в стекло. Лобовое стекло покрылось паутиной трещин, но, к счастью, было бронированным — видимо, предыдущие владельцы тоже беспокоились о безопасности.

    Кэй не стал разворачиваться. Он дал по газам, и Silvia рванула вперёд, виляя между зданиями. В зеркалах он видел, как наёмники прыгают в свои машины — два чёрных внедорожника — и бросаются в погоню.

    «Куда мы едем?» — кричала Саэдзима, пытаясь перезарядить пистолет.
    «Пока — просто едем! Дзюн, есть ли у тебя карта местности?»
    «Есть! Но они нас настигнут! Эти тачки быстрее!»
    «Посмотрим.»

    Кэй знал одно: его преимущество — не в мощности, а в управляемости. Silvia была спортивной машиной, с низким центром тяжести. Внедорожники — тяжёлые и высокие. Если уйти в город, в узкие улицы...

    Он свернул с промзоны на дорогу, ведущую в старый квартал Киото, с его лабиринтом узких улочек, где двум машинам не разъехаться.

    Погоня продолжалась. Внедорожники отставали на поворотах, но на прямых догоняли. Одна из пуль пробила заднее стекло, разлетевшись о бронеспинку сиденья.

    «Дзюн! — крикнул Кэй. — Ты можешь как-нибудь... отвлечь их?»
    «Чем я могу отвлечь людей с автоматами?»
    «Электроникой! У тебя же есть всякие штуки!»
    Дзюн задумался на секунду, потом его лицо осветилось.
    «Есть идея! Но нужно, чтобы они подъехали поближе!»

    Кэй сбросил скорость, позволив первому внедорожнику приблизиться метров на двадцать. Дзюн, дрожащими руками, подключил свой ноутбук к какому-то портативному устройству, похожему на усилитель.
    «Они используют рации, да? Значит, есть частота. Попробую создать помехи на всех полицейских и таксистских частотах... и, может, немного «шума».»

    Он нажал кнопку. Из устройства раздался пронзительный, леденящий душу визг, усиленный в сотни раз. Даже внутри Silvia он был оглушительным. Кэй видел в зеркале, как водитель первого внедорожника схватился за уши, машина вильнула и врезалась в припаркованный фургон.

    Второй внедорожник замедлил ход, но не остановился.
    «Работает! — ликовал Дзюн. — Но ненадолго!»
    «Хватит, — сказал Кэй. — Теперь исчезаем.»

    Он свернул в очередную узкую улочку, потом ещё раз, потом проехал под аркой, выехал на набережную реки. Сзади никого не было.

    Он съехал под мост, заглушил двигатель. В темноте и тишине, нарушаемой только их тяжёлым дыханием и журчанием воды, они сидели и слушали. Ни сирен, ни рёва двигателей. Погоня потеряла их след.

    «Мы... мы вырвались, — выдохнул Дзюн. — Босс, ты гений.»
    «Пока что. Но они будут искать. У этой машины, наверное, есть GPS, который мы не отключили.»
    «Уже отключил, пока мы ехали, — сказал Дзюн. — Врезался в систему и вырубил все передатчики. Теперь мы — призрак.»

    Саэдзима опустила пистолет.
    «Нам нужно в безопасное место. У меня есть адрес. Доверенный человек. Он поможет.»
    «А данные? — спросил Кэй. — Что с записями?»
    «Они у нас. И они — наша пуля против тех, кто за всем этим стоит. Но стрелять нужно точно. Иначе пуля рикошетит.»

    Она посмотрела на Кэя.
    «Вы готовы идти до конца? Это уже не просто помощь. Это война.»
    Кэй взглянул на разбитую приборную панель, на испуганное лицо Дзюна, на решительное — Саэдзимы. Он кивнул.

    «Я начал этот перегон. И я доведу его до конца. Куда бы дорога ни вела.»

    Часть 10: Перед последним поворотом
    Убежищем оказалась старая чайная в традиционном районе Киото, принадлежащая дальнему родственнику Саэдзимы. Хозяин, пожилой мастер чайной церемонии, без лишних вопросов впустил их в задние комнаты.

    Пока Дзюн пытался восстановить данные с немного повреждённых при побеге дисков, Кэй и Саэдзима обсуждали план.
    «У нас есть голос человека по имени Вульф, — сказала Саэдзима. — У меня есть контакт в Интерполе. Я могу запросить проверку голоса по базам. Но это займёт время. И если у Вульфа достаточно влияния, запрос могут перехватить.»
    «А если пойти с другой стороны? — предложил Кэй. — У нас есть список мест, которые посещала Silvia. Клуб «Золотой дракон», частный аэропорт, пентхаус в Кобе. Мы можем начать с клуба. Там должны быть камеры. И должны помнить человека, который приезжал на такой машине.»
    «Это рискованно. Клуб такого уровня... там охрана и свои правила. Нас туда просто так не пустят.»
    «Нас — нет. Но клиента — да.»
    Кэй улыбнулся.
    «У меня теперь есть документы на имя Танака Рёта. И, судя по всему, у моих покровителей есть деньги, чтобы сделать из меня богатого клиента. Пусть на одну ночь.»

    Саэдзима задумалась.
    «Блеф. Опасный. Если вас раскроют...»
    «Меня и так уже разыскивают. Какая разница?»

    В этот момент Дзюн воскликнул:
    «Нашёл! Файл с координатами и временем! И... ого.»
    «Что?»
    «Здесь не только координаты. Здесь... фотографии. Сделаны скрытой камерой, встроенной в зеркало заднего вида. Качество не ахти, но лица различимы.»
    Он повернул экран. На фотографиях, сделанных ночью, были запечатлены люди, входившие и выходившие из машины. Среди них — Кавамура. И ещё несколько лиц, которые ничего не говорили Кэю. Но на одной фотографии был мужчина европейской внешности, в дорогом костюме, выходящий из клуба «Золотой дракон». Он садился в Silvia.

    «Мистер Вульф?» — предположила Саэдзима.
    «Возможно. Нужно проверить.»
    «Я могу запустить поиск по лицам через базы, — сказала она. — Но опять же, это риск.»
    «Тогда блеф — наш единственный вариант, — настаивал Кэй. — Я иду в клуб. Делаю вид, что ищу «особые развлечения». Спрашиваю про «Северный коктейль». Смотрю на реакцию. И пытаюсь выяснить про человека на фото.»
    «Они могут вас убить прямо там.»
    «Не в таком месте. Слишком много свидетелей. Скорее, попытаются вывести куда-нибудь. А там... вы будете рядом, да?»

    Саэдзима долго смотрела на него, потом кивнула.
    «Хорошо. Но с условием. Вы — на связи. Микрофон, передатчик. И мы — снаружи, наготове. При малейшей угрозе — сигнал, и мы врываемся.»
    «Договорились.»
    «А я? — спросил Дзюн. — Что я делаю?»
    «Ты остаёшься здесь и охраняешь данные. И пытаесь выудить из них ещё что-нибудь. Любую мелочь.»

    Вечером того же дня Кэй, переодетый в дорогой, но не кричащий костюм (купленный на деньги «организации»), подъехал на такси к «Золотому дракону». Клуб располагался в невзрачном здании в деловом районе, но внутри был отделан с претензией на роскошь: тёмное дерево, бархат, приглушённый свет.

    Швейцар, огромный мужчина в смокинге, оценивающе посмотрел на него.
    «У вас есть членство?»
    «Нет. Но меня рекомендовал друг. Мистер Вульф.»
    На лице швейцара ничего не дрогнуло.
    «Ваше имя?»
    «Танака. Танака Рёта.»
    «Пожалуйста, подождите.»

    Швейцар отошёл, что-то сказал в микрофон. Через минуту вернулся.
    «Проходите. Вас ждут в баре. С вами поговорит управляющий.»

    Внутри пахло дорогим табаком, коньяком и деньгами. Кэй прошёл в бар, сел на высокий стул. К нему сразу подошёл бармен.
    «Что будете?»
    «Виски. Односолодовый. Что-нибудь редкое.»
    Бармен кивнул, начал готовить.

    Через несколько минут к бару подошёл мужчина в безупречном костюме — управляющий. Он улыбался профессиональной улыбкой.
    «Танака-сан. Рад вас видеть. Чем можем помочь?»
    «Я слышал, что здесь можно найти... особые услуги. Для ценителей.»
    «Какие именно?»
    «Я интересуюсь химией. Особенно новой, экспериментальной. Говорят, у вас бывают люди, которые разбираются в «Северном коктейле».»

    Улыбка на лице управляющего не дрогнула, но глаза стали холоднее.
    «Боюсь, я не знаком с этим термином. Возможно, вы ошиблись заведением.»
    «Вряд ли. Мне говорил о вас один мой знакомый. Технолог. Масару Аракава.»
    Теперь управляющий перестал улыбаться.
    «Я не знаю такого человека. И, думаю, вам лучше уйти.»
    «А если я хочу поговорить с мистером Вульфом?»
    «Мистер Вульф не появляется здесь уже несколько месяцев. И, насколько мне известно, он не заинтересован в новых знакомствах.»
    Управляющий сделал едва заметный жест. Из тени у стены вышли двое крупных мужчин в чёрном.
    «Проводите господина.»
    Кэй поднялся. Спорить было бесполезно.
    «Жаль. Передайте мистеру Вульфу, что его секрет не такой уж и секрет. И что есть люди, которые готовы поговорить об этом публично.»
    Он развернулся и пошёл к выходу, чувствуя на спине тяжёлые взгляды.

    Его не тронули. Но он знал — теперь он официально стал мишенью.

    На улице он сел в такси и отъехал. Его телефон (новый) завибрировал. Сообщение от Саэдзимы: «За тобой следят. Два мотоцикла. Не возвращайся в чайную. Используй план «Б».»

    План «Б» был прост: потеряться в городе и встретиться в заранее оговорённом месте — у старого храма на окраине, в час ночи.

    Кэй сказал таксисту менять маршрут, сделал несколько пересадок, пешком прошёл через оживлённый рынок и только потом направился к храму.

    Саэдзима ждала его в тени огромного дерева гинкго.
    «Ты спровоцировал их.»
    «Это и была цель. Теперь они знают, что кто-то копает. И что этот кто-то знает про Вульфа. Они будут нервничать. И нервные люди совершают ошибки.»
    «Опасная игра.»
    «Вся эта история — опасная игра. Что дальше?»
    «Дальше — мы используем то, что ты сделал. Я передала фото европейца своим контактам. Ждём ответ. А пока... у нас есть ещё один шанс. Частный аэропорт, который посещала Silvia. Туда летал Вульф. Значит, есть записи о вылетах, о самолётах. Мы можем выйти на его след.»
    «И как мы это сделаем?»
    «У меня есть знакомый в авиационной администрации. Он может проверить бортовые журналы частных рейсов за последний год. Если мы найдём самолёт, который летал отсюда в определённые даты... мы найдём, куда он летел. А значит, найдём базу Вульфа. Возможно, даже за границей.»
    Кэй кивнул. План был ясен, но путь — долог.
    «А что с Мори? И с теми, кто напал на гараж?»
    «Мори сейчас под колпаком. За ним следят. А нападавшие... скорее всего, наёмники, нанятые через несколько рук. Их не найти. Но это не важно. Важно найти того, кто их нанял.»

    Она посмотрела на него.
    «Ты можешь ещё передумать. Уйти. Мы дадим тебе новые документы, деньги. Ты сможешь начать жизнь с чистого листа. Без наркотиков, без преследований.»
    Кэй задумался. Чистый лист. Новая жизнь. Это было заманчиво. Но...
    «А что с правдой? С Масару? С его братом? С теми, кто погиб? Если все уйдут, они так и останутся в тени. Без имён, без лица.»
    «Правда не всегда торжествует. Иногда она просто тонет в бумагах и бюрократии.»
    «Но кто-то же должен попытаться её вытащить. Хотя бы попытаться.»

    Саэдзима улыбнулась, и в её улыбке впервые было что-то похожее на тепло.
    «Ты странный человек, Судзуки-сан. Или Танака-сан. Как тебя теперь называть?»
    «Пока ещё не решил. Но, думаю, пока всё не закончится, я останусь собой. Каким бы я ни был.»

    Они стояли в тишине старого храма, под звёздами, которых почти не было видно из-за городской засветки. Впереди была работа, опасность, неизвестность. Но было и понимание: они зашли слишком далеко, чтобы отступать.

    И где-то в мире был человек по имени Вульф, который не подозревал, что за ним охотятся не полицейские и не конкуренты. За ним охотился стальной навигатор — человек, который умел читать дороги и находить путь даже там, где его, казалось, нет.

    А в кармане у Кэя лежал ключ от его старого гаража. Символ другой жизни, которая ждала его где-то в конце этого опасного перегона.

    КОНЕЦ ГЛАВЫ 5

    Конструктор сайта 1С-UMI

    Работает на UMI.CMS